В эти ночи Кандинский постепенно начинает понимать, что Фиберу никогда не стать истинным мастером своего дела; он может действовать, только руководствуясь всевозможными инструкциями. А с такими указаниями любой подросток, хотя бы немного владеющий компьютером, может доставить беспокойство властям, превратившись в мелкого хакера. Кандинский, напротив, считает такие программы-подсказки лишь отправными точками, он сумел сделать их гораздо эффективнее, превратить в реальную силу.
Фибер наблюдает за действиями Кандинского со смешанным чувством гордости, зависти и опасения. Он мысленно возвращается к тому времени, когда он, еще совсем ребенок, в Боливийско-Американском Центре, сжав кулачки, наблюдал за другими детьми, которые сидели за компьютерами и следовали указаниям учительницы. Вскоре он сам настолько освоился, что пошел вперед семимильными шагами, будто стараясь познать тайну Вселенной. Но он всегда нуждался в человеке, который направлял бы его, помогал понимать то, что, казалось бы, лежит на поверхности. Сейчас ему нужен Кандинский, но он уже знает, что расставания им не избежать.
Их первый большой триумф – взлом базы данных "Сити-банка" в Буэнос-Айресе и получение большого количества номеров кредитных карт с их сложными кодами. Фибер знаком с одним русским хакером, который со всевозможными предосторожностями помогает им обналичить деньги. Однако Интерпол всегда начеку, нужно быть очень внимательным и стараться свести возможный риск к минимуму.
Придут и другие победы. Страховая кампания в Сантьяго. Фирма по продаже автомобилей в Ла-Пас. Им удавалось добыть не очень большие суммы, но ничего – дорогу осилит идущий. Однажды в понедельник Кандинский смог проникнуть на сервер одного виртуального канадского казино и выиграл десять тысяч долларов. Служба безопасности определила, что в сеть проник хакер, но не смогла установить его имени и координат. Было решено выплатить выигрыш.
На полученные деньги Фиберу взбрело в голову открыть компанию по защите компьютерных систем. "Как мило, – говорил он, – они будут думать, что мы их защищаем, а мы тем временем будем делать как раз обратное". Кандинский соглашается. Он все еще находится под впечатлением своего удачного проникновения в казино. До этого ему не случалось испытывать гордость от сознания собственной значимости. Его талант казался ему настолько естественным, что он и не думал гордиться им. На уроках закона Божия в школе священник говорил им, что каждого будут судить по тому, насколько он развил способности, дарованные ему Господом. И Кандинский верит, что будет развивать свои способности, пока не настанет час последнего суда.
До какого-то момента он без обсуждений соглашался со всеми предложениями Фибера. Он был многим обязан ему: в трудные времена ему предоставили кров и пропитание. Но он все больше и больше отдалялся от друга. Единственной целью Фибера была нажива; Кандинского же притягивала возможность оставить с носом правительство и крупные компании, но он не считал, что деньги играют в этом деле главную роль. В своей жизни он хотел бы заниматься чем-то другим. Пока точно не зная чем.
Название их компании – "Fire Wall" – "Огненная стена". Она арендует несколько офисов наседьмом этаже коммерческого центра "XXI". Над входом ее логотип: рука, закрывающая компьютер от надвигающейся стены огня. Кандинский и Фибер предлагают свои услуги Торгово-промышленной палате – заинтересованных немного. Люди продолжают жить вчерашним днем; руководители фирм редко задумываются о важности безопасности компьютерных систем. Номера банковских счетов, на которых находятся денежные средства компаний, информация о коммерческой стратегии, даты и планы на будущее, дебет и кредит – вся эта бесценная информация хранится на жестких дисках, которые без проблем могут быть, взломаны самым заурядным хакером.
Кандинский падает духом: а он-то было подумал, что это может стать законной работой, которая ему понравится. Фибер Ауткаст просит его не забывать о тех целях, что они перед собой поставили.
– Какие цели? – спрашивает Кандинский. – Стать богатыми?
– Иметь деньги для нас означает заниматься тем, что нравится.
Фибер старается успокоить его, сейчас ему невыгодно терять такого друга. Кандинский делает вид, что не понимает этого, и идет в Интернет-кафе играть в сетевые игры. У входа он видит объявление о скором появлении в Боливии Плейграунда ("Живи параллельной жизнью за умеренную плату!"). Он спрашивает себя, какого дьявола это может значить.
В последнее время Кандинский испытывает влечение к сестрам Фибера Ауткаста. Лауре пятнадцать лет; у нее каштановые волосы, падающие на лоб, и груди – округлые и тяжелые. Даниэле – четырнадцать; светлые волосы коротко подстрижены, а длинные ноги и ловкость сделали ее прекрасным игроком в пляжный волейбол. У Гизелы, ее сестры-близняшки, черные волосы с челкой, будто выстриженной бешеным парикмахером; она недавно открыла для себя косметику и малюет глаза с таким тщанием, будто это ее долг перед родиной. Их почему-то называют "три виноградинки". Кандинский не осмеливается даже заговорить с ними: все три очень высокомерны, а он боится насмешек. В своих дерзких фантазиях он представляет, как язык Лауры словно ядовитая змея проникает ему в рот; Даниэла ласкает его член с видом девочки, совершающей запрещенный поступок, задуманный уже давно, а Гизела под покровом ночи дает ему потрогать свои потаенные местечки…
Кандинский покупает себе "Нокию" последней модели. Серебристые клавиши на блестящем черном фоне. Однажды вечером он приближается к дому своих родителей и украдкой наблюдает за ними с противоположного тротуара. Отец чинит во дворе велосипед; спина его сгорблена, он постарел.
Решительными шагами Кандинский подходит к нему, не дав опомниться, сует в руки конверт с деньгами и поспешно уходит. По дороге к дому Фибера он вдруг останавливается и задумчиво смотрит на длинную горную цепь на горизонте, которая лиловеет в лучах закатного солнца. Он пытается понять причину одолевающего его беспокойства. В последнем году уходящего столетия его привлекла массовая акция протеста антиглобалистов в Сиэтле. Молодежь Запада восстает против мирового порядка, в котором крупные корпорации имеют большую власть, чем правительства. И если недовольство зреет в развитых странах, то что говорить о Латинской Америке? Режим Монтенегро продолжает разбазаривать предприятия, имеющие огромное значение для развития экономики страны; это он выставил на аукцион энергетические компании Рио-Фугитиво. Неолибералы правят страной уже пятнадцать лет, и за это время экономический кризис только углубился.
Возможно, глобализация и есть та причина, которую он ищет. Он чувствует себя виноватым в том, что купил свою "Нокию". Кидает телефон в помойку. Когда он возвращается домой и входит в комнату, где живет с Фибером, то понимает, что натворил. А разве их компьютер – не продукт этой же враждебной империи, пусть даже он собран своими руками?
Ему следует быть разумней, чтобы победить врага его же оружием. Разве не так говорил майор Маркое? Сапатисты имеют свой сайт в Интернете, где распространяют свои идеи и прокламации; и они преуспели в своих начинаниях благодаря умению действовать оружием противника.
Путь пуриста приведет его в монастырь, а это не его дорога. По крайней мере не сейчас. Два часа спустя он отправляется на поиски своей "Нокии". И находит ее.
Чтобы удовлетворить желание, которое вызывают у него сестры Фибера Ауткаста, Кандинский добивается женщин в только что появившемся Плейграунде. Это восхитительная виртуальная вселенная, не средневековая фантазия, а современный город, знакомый ему; слегка футуристический, слегка декадентский. В обличье одного из своих двойников он гуляет по виртуальным улицам. Он ненавидит Бульвар из-за обилия неоновой рекламы: "Найк", "Кальвин Клайн", "Томми Хилфиджер"… Он предпочитает посещать опасные кварталы. Именно там можно встретить женщин, готовых на все. И он не испытывает в них недостатка, хотя те, к кому его по-настоящему влечет, живут в реальном Рио-Фугитиво. Иногда он назначает женщинам свидания в барах, используя установленные заранее тайные знаки (в Плейграунде строго запрещено упоминать реальность). Иногда такие встречи оборачиваются разочарованием: аватар в высоких сапогах и мини-юбке, с роскошными формами, на деле оказывается толстой секретаршей или сильно накрашенным геем, выпускающим сигаретный дым тебе в лицо. Иногда реальный человек оказывается близок к своему аватару, и они даже проводят несколько часов в мотеле; но Кандинский быстро охладевает к этим женщинам и вновь возобновляет охоту в Плейграунде.