Глава шестнадцатая
О долгом путешествии Босвелла и Брекена из Аффингтона в Кэпел Гармон, расположенный на подступах к самому Шибоду, нам известно лишь из записей, оставленных Босвеллом. В них содержится множество данных о состоянии переживших эпидемию чумы систем, попадавшихся им по пути, но сведения о событиях, происшедших за долгие годы странствий, весьма скудны.
Мы знаем, что они провели Самую Долгую Ночь в системе Кэйр Карадок, что находится близ границы с Уэльсом, а затем, как пишет Босвелл, «нам вскоре удалось добраться до плотины Оффа, и Брекен из Данктона сумел найти короткую и безопасную дорогу к заброшенной системе Кэпел Гармон».
Описывая путешествие, продлившееся несколько кротовьих лет, он ограничился лишь этой краткой фразой, ни разу не упомянув ни о трудностях, связанных с зимними холодами, ни о причинах, побудивших их направиться в Кэпел Гармон. Несомненно одно: Босвелл рассматривал Кэпел Гармон, небольшую захолустную систему, название которой стало теперь известно повсюду лишь в связи с отважным подвигом, совершенным им и Брекеном, как поворотный пункт в ходе их путешествия. Возможно, серые безжизненные камни, что стоят в тех мрачных краях, в те времена еще не до конца утратили силу, от которой ныне не осталось и следа.
Но ответить на этот вопрос способен лишь тот, кому довелось оказаться среди унылых, покрытых чахлой растительностью пустошей Кэпел Гармона и, бросив взгляд назад, понять, что долгое путешествие из теплых южных краев на север закончено, и отныне ему предстоит пробираться вперед по труднопроходимым, скудным пищей местам, глядя на вздымающуюся впереди громаду Шибода.
Но услышав название Кэпел Гармон, содрогнется всякий, кому понятно, что значит увидеть перед собой границу неприветливой страны, которую ему волей-неволей придется пересечь, зная, что у него куда больше шансов сложить там голову, чем вернуться обратно.
Они провели там всего два или три дня, и вот однажды Брекен сказал, устремив взгляд на запад:
— Босвелл, Шибод где-то совсем близко, я это чувствую, и нам придется отправиться туда, пока у нас еще есть силы. — Голос его то и дело прерывался, он весь дрожал от страха, который внушал ему грозный Шибод. — Нам придется отправиться туда прямо сейчас.
Босвелл улыбнулся и кивнул, ему уже не раз доводилось слышать от Брекена то же самое, когда перед ними вставала особенно трудная и опасная задача, с которой Брекену хотелось поскорее разделаться. Ожидание всегда было для него невыносимым. Но даже у Босвелла сжалось сердце: от мест, где находилась некогда процветавшая система (об этом упоминалось в «Системных Реестрах»), веяло какой-то неясной угрозой.
После дождей и таяния снегов почва сильно пропиталась влагой, и нередко после долгого пути им приходилось тратить не один час на то, чтобы разыскать хоть пару хилых червей. Тишину нарушал лишь шелест мокрого прошлогоднего папоротника и вереска да жалобное блеяние пасшихся возле мрачных скал грязных овец. Но по сравнению с Шибодом, куда им предстояло теперь отправиться, даже Кэпел Гармон казался уютным прибежищем.
Как бы там ни было, вымокшие, замерзшие и голодные Брекен и Босвелл свернули наконец на запад, чтобы одолеть последнюю часть пути. Впрочем, бывает так, что в самые тяжелые моменты глазам открывается зрелище, при виде которого в душе возникает проблеск надежды, и именно так случилось с Брекеном. По дороге он заметил среди унылых камней небольшой куст утесника, усыпанный изжелта-оранжевыми цветами, радостно полыхавшими посреди промозглого апрельского сумрака.
— Такие же кусты, только повыше этого, растут среди меловых холмов за Данктонским Лесом, — сказал Брекен Босвеллу, — и если мы когда-нибудь благополучно выберемся отсюда, я непременно покажу их тебе. Я отдал бы все на свете, лишь бы оказаться там сейчас!
В последнее время Брекену и Босвеллу удавалось избегать встреч с ревущими совами, но теперь они начали спускаться по довольно-таки крутому склону в речную долину, а там им почти наверняка предстояло натолкнуться на дурно пахнущую дорогу, над которой летали ревущие совы. Это и произошло, как только они добрались до подножия склона, который им не терпелось покинуть, поскольку там росли хвойные деревья и почва отнюдь не изобиловала пищей. Друзьям удалось пересечь дорогу без затруднений, используя выработанный за многие годы прием: оказавшись на подходе к полосе странной жесткой почвы, они прижимались к ней носом и, выяснив, что она не вибрирует, кидались бегом вперед.