— Иногда жестокость, с которой мы сталкиваемся, совершается без причины и повода, но я пришел к выводу, что даже самые мрачные времена могут привести нас туда, где мы изначально должны были быть.
Мой взгляд падает на его кисть с отрубленными пальцами, вспоминая, что ему тоже выпала изрядная доля страданий.
— Брэкстен рассказал мне, что с вами случилось много лет назад, — осторожно говорю я. — Мне жаль, что кто-то причинил вам боль.
Он одаривает меня грустной улыбкой.
— Жизнь в мире, где тебя определял цвет твоей кожи, была нелегкой. И все же я здесь, сорок лет спустя, совершаю полный круг с единственной женщиной, которую когда-либо любил, и воспитываю мальчиков, которых люблю так, как если бы они были моей родной плотью и кровью.
Исходящая от него гордость при упоминании о сыновьях дает чувство свободы, и я могу только надеяться однажды познать ее.
Отводя взгляд, прочищаю горло и говорю то, что уже давно должна была сказать.
— Мистер Крид, я очень сожалею о неприятностях, которые доставила вам и вашей семье. Я не хотела, чтобы так все случилось.
В воцарившейся тишине я пристально разглядываю свои сандалии.
— Может, ты ничего не доставляла. Может, беда привела тебя к нам.
От его слов я поднимаю голову, снова встречаясь с ним взглядом.
— Видишь ли, я верю, что у всех нас есть судьба, определенный путь, по которому мы должны следовать. Возможно, это твой путь.
Я размышляю о его словах, рассматривая такую возможность.
— Что, если я слишком заблудилась и сбилась со своего пути? — спрашиваю я, в реальности говоря о разбитом сердце. — Как я могу следовать ему, не имея прошлого, которое могло бы меня направить?
— Прошлое не имеет значения, дитя. Твоя судьба не позади тебя. Она впереди.
Сила его заявления проникает в мое сердце, пригвождая к месту.
Он придвигается ближе, нежно беря меня за плечи.
— Некоторые люди всю свою жизнь мечтают забыть свое прошлое, но ты… у тебя есть шанс начать все сначала. Быть той, кем хочешь. Твои возможности безграничны.
Его слова так наполнены пониманием, мудростью и наставлением, что дают мне надежду на будущее.
— Вы мудрый человек, мистер Крид. Теперь я знаю, откуда это у вашего сына.
Любовь в его глазах сияет так же ярко, как звезды в самые темные ночи.
— Ну, знаешь, как говорят. Каков отец, таков и сын.
Я улыбаюсь ему в ответ.
— Иди сюда, дорогая. — Он притягивает меня к себе, его руки заключают меня в теплые и любящие объятия. — Я знаю, что ты напугана, и не могу винить тебя за это. Ты через многое прошла, но бояться не нужно. Мой сын позаботится о тебе. Мы все позаботимся, потому что так и поступает семья.
Семья — то, что этот человек дал мне с момента моего прибытия к ним. От этого мир, в котором я очнулась, становится намного менее одиноким.
— Эй, старик, ты подкатываешь к моей девушке?
От игривого голоса Брэкстена мы с Тэтчером отрываемся друг от друга, мое сердце подпрыгивает от того, что он назвал меня своей девушкой.
— Нее, парень, — усмехается Тэтчер. — Просто выказываю ей немного любви, вот и все.
Он улыбается мне, все еще держа за плечи.
— Если ты меня извинишь, мне нужно уладить кое-какие дела.
Я киваю.
Как только он уходит, я поворачиваюсь к Брэкстену, стоящему у входа в амбар. Прислонившись к одной из дверей, он смотрит на меня так, что в животе порхают бабочки.
— Привет, — неуклюже приветствую я, теребя ткань сарафана.
— Страна Чудес, — отвечает он с дерзкой ухмылкой. — Что стряслось с твоим экскурсоводом?
— О, э-э... по дороге к поросятам она упала в лошадиный навоз.
Его брови удивленно приподнимаются, а затем из него вырывается хриплый смешок.
— Только этот ребенок умудрился бы угодить в лошадиное дерьмо.
— Для нее это было определенно не лучшим событием этого утра. — Улыбнувшись, заправляю за ухо прядь волос.
Он наблюдает за движением, веселье исчезает с его лица, оставляя на его месте нечто более эмоциональное.
— Видимо, остались только ты и я. Чем займемся?
Он не ждет ответа. Оттолкнувшись от двери, направляется ко мне, каждый его шаг плавный и решительный. Как у хищника, выслеживающего жертву.
Наверное, сейчас самое подходящее время сказать ему, что я должна быть в свинарнике и ждать Ханну Джей, но, кажется, я онемела, не говоря уже о том, чтобы шевельнуться. Его неистовый взгляд обездвиживает.
Это напоминает мне о сегодняшнем утре. Об овладевшими мной напряженностью и потребностью.
И я не знаю, что делать с этой напряженностью.
От которой я втайне млею всякий раз, когда Брэкстен рядом.
Чем ближе он подходит, тем в более бешеном ритме бьется пульс. Стук такой громкий, что в ушах ревет. Этот шум прерывается, когда Брэкстен останавливается возле меня, опираясь руками по обе стороны от моей головы, прижимая к воротам стойла, кажется, этот маневр вошел у него в привычку.
— Алиса, ты хоть представляешь, что делаешь со мной, когда вот так трахаешь меня глазами?
О, боже!
Жар пронизывает каждую мою клеточку, проносясь сквозь меня вихрем атомов. Я хочу извиниться, но в данный момент не могу связать ни слова. Не когда тепло его тела опаляет меня, его мужской аромат вторгается в мои чувства, его…
— Вот вы где!
Я поворачиваю голову в сторону стоящей у входа Ханны Джей, которая только что приняла душ. На ней джинсовый комбинезон в обтяжку, ковбойские сапоги и ковбойская шляпа — наряд достойный настоящего фермера.
— В свинарнике я вас не нашла и подумала, что, возможно, вы забрели сюда. — Ее взгляд перемещается на своего дядю и компрометирующую позу, в которую он меня загнал. — Дядя Брэкс, ты когда-нибудь слышал о личном пространстве?
Я прикусываю губу, не зная, смеяться мне сейчас или плакать.
Судя по пораженному стону Брэкстена, он, похоже, того же мнения. Оттолкнувшись от меня, он подходит к племяннице и переворачивает ее вверх тормашками, подвешивая вниз головой.
— А ты когда-нибудь слышала о том, чтобы не мешаться под ногами?
Ханна истерически хохочет, прижимая шляпу к голове, пока Брэкстен раскачивает ее взад-вперед.
Сжалившись, в конце концов, он переворачивает ее обратно и держит в своих объятиях. Она обвивает его шею маленькими ручками и смотрит на него с такой любовью и обожанием, что эти эмоции наполняют всю конюшню.
— Слышал, ты свалилась в лошадиное дерьмо, — говорит Брэкстен, не потрудившись скрыть своего веселья.
— Да, но теперь я безупречно чиста и готова закончить показывать мисс Алисе окрестности. Хочешь пойти с нами?
Брэкстен поворачивается ко мне.
— Вообще-то, я подумывал о том, чтобы взять мисс Алису на прогулку по тропе. Что ты об этом думаешь?
— Отличная идея! — взволнованно ахает Ханна. — Можем закончить экскурсию на лошадях.
На лошадях?
— Что скажешь, Страна Чудес? — спрашивает Брэкстен. — Готова прокатиться?
— Я бы с удовольствием, но… не знаю как. Я почти уверена, что никогда раньше не ездила на лошади.
— Все в порядке, я тебе помогу, — говорит Брэкстен. — Кроме того, Ханна поедет с тобой, а она профессионал.
— Конечно. — Ее уверенность подпитывает мою собственную.
— Давайте сделаем это.
— Здорово!
От волнения Ханна выпрыгивает из объятий Брэкстена.
— Мы седлаем Трикси? — спрашивает она его.
— Несомненно.
— А можно прокатиться на ней? — спрашиваю я, указывая на Лилу.
Брэкстен качает головой.