— Что, простите? — Кая удивленно вскинула бровь.
— Не обращайте на его болтовню внимания, — Лисандра еще раз толкнула заворчавшего мужчину в бок локтем. — Я Лисандра Ноэлль де Лиреф, паладин ордена Лигеи Благодетельницы.
— Очень рада знакомству, — Кая, едва услышав имя собеседницы, чей род по происхождению не уступал ее собственному, склонила голову в приветствии. — Я Кая Аркнен. — Рада познакомиться с наследницей благородного рода Аркнен, — Лисандра вернула девушке вежливый поклон. — Позвольте представить Вам моих друзей, — она сделала жест в сторону южанки — Кисара Шаэли, она, как Вы, наверняка, знаете — демонолог, а это — Калеос и Исель, наши друзья по гильдии. — Представила спутников Лисандра.
Про себя отметив, что Кая смотрит на Кисару с толикой тревоги, паладин продолжила:
— Я, так понимаю, что с рыцарями — защитниками и этим невоспитанным животным Вы уже знакомы?
— Уж извините, что я не гну спину в поклонах и не скалю зубы в вежливых улыбках, — как и всегда, Скар говорил прямо и голос его звучал раздраженно.
— Мы… знакомы, — призвав ко всему своему запасу самообладания, Кая снова улыбнулась, стараясь не смотреть в сторону грозных гиритцев и еще больше пугающего ее зверолюда.
По сути, род Аркнен и значимое положение мага давали девушке определенные привилегии, но она ничего не могла поделать со своей природной застенчивостью.
Почти всю свою сознательную жизнь Кая провела в пыльных библиотеках или на занятиях по искусству волшебства созидания, избегая излишнего внимания и общения со сверстниками. Подобная жизнь явно не готовила ее к обществу неуравновешенного наемника, гиритцев и демонолога, не считая бродившего где-то по крепости некроманта.
— И? — от рыка Скара волшебница вздрогнула. — Чего ты меня-то звала?
— Мой учитель, просил сказать Вам, что по воле капеллана Грегора, Вы должны собрать своих людей, чтобы сопровождать нас, — пролепетала Кая, глядя на носки своих сапог.
— Кончай мямлить, зайка, — решительно подойдя к девушке, Скар приподнял ее лицо уперевшись двумя пальцами в острый подбородок и произнес, четко выговаривая каждое слово:
— Что. Тебе. От. Меня. Надо.
— Учитель… попросил, — ноги Кая предательски подгибались, и она не знала, сколько бы могла так простоять, не в силах отступить назад, если бы не вмешалась наследница рода де Лиреф.
— Убери свои лапы от нее, похотливый зверь! — Сурово прикрикнула паладин. — Я прекрасно знаю, что ты все расслышал, своими длинными ушами!
— Расслышал, — не стал спорить Скар. — Меня интересует, почему это какой-то кудесник отдает мне приказы? Нам платит комендант крепости.
— В присутствии капеллана, любой из братьев переходит под его командование. Брат — комендант крепости Вечного Бдения — не является исключением, как и все, кто находится здесь, — хмурый Колд, по-прежнему, возвышался за спиной Кисары. — А архимаг сейчас действует от лица благочестивого капеллана.
— Демоны вас забери, проклятые храмовники! — зло сплюнул себе под ноги Скар. — Что вы тут устроили?!
— Узнаешь, когда придет время, — привычно ответил Гирион. — На все воля Гирита.
— Проклятье! — Скар еще раз обжег храмовника свирепым взглядом, добавив к своей речи несколько слов на родном наречии, судя по интонации явно оскорбительных, и поспешил найти своих соплеменников.
— Мы будем ждать вас у врат! — Выкрикнула Кая в спину воину, но вожак зверолюдов даже не обернулся, привычно махнув рукой и давая понять, что все услышал. Но, неожиданно воин замер.
— У врат? — переспросил Скар. — Ваш архимаг с капелланом не смогли придумать способа умереть попроще? Отсюда до руин крепости больше месяца пути. Придется миновать Кровавый залив через переправу Мертвеца — это верная смерть! В кровавых водах, каких только тварей не плавает!
— Не пешком, зверолюд, — бросил Гирион, указывая рукой в центр крепостного двора, где стояли ровные ряды ариардских солдат. — Мы все продумали. Голос гиритца заглушил пронзительный скрежет, словно какой-то великан с неистовой силой скреб одним обломком скалы о другой. Неприятный скрип резко оборвался и в небо, прямо из центра крепостного двора, ударил луч фиолетового цвет. Он полыхнул яркой вспышкой и сразу же погас, чтобы, спустя пару ударов сердца, появиться вновь и снова потухнуть.
Большой отряд гиритцев и обычных солдат, в сопровождении жрецов и боевых магов, сохраняя строй, выдвинулся к воротам. Скрежет поднимаемых вверх решеток и открываемых ворот, прервался грохотом опускающегося навесного моста.