— Каждый легионер, — продолжал я, — отслужив семь лет, получает сорок югеров земли, не облагающейся налогом на сорок лет, и сколько-то, в зависимости от выслуги, обычной земли! Кто хочет получить свободу и вступить в войско Пуэбло и Лимессии — прошу выйти! Повторяю, любой человек любого сословия! Крепостной получает вольную без выкупа! Преступники — свободу, если на них нет крови! Слово графа, и слово моё твердо!
Молчание. Тишина. Со всех сторон вокруг нас занимались огнём пакгаузы. Много пакгаузов. И на этой, и на той стороне реки. В отблеске этих огней я смотрелся откровенно жутковато, особенно с учётом, что вокруг туда-сюда сновало войско, готовящееся к дальнейшему прорыву. Пять-шесть десятков рабочих смотрели с недоверием, косились на воинов, но был и располагающий фактор — мы тут никого не били, только жгли ценности. Дети этого мира такой поступок оценили мгновенно и правильно.
А ещё в гребцы часто берут… Людей, которых не особо жалко. Рабов, холопов, которым не доверяют, ещё кого. Ибо тот, кому доверяют, без пригляда больше пользы принесёт — например, его на землю можно посадить. Или дать ремесло — пусть работает.
Наконец, первый доброволец сделал шаг вперёд:
— А нешто в свою неволю не заберёшь?
— А зачем? — картинно развёл руками — Я и своих крестьян всех отпустил, на аренду перевёл. Трудолюбивый будет процветать, а ленивый мне даром не нужен — пусть валит на все четыре стороны.
— Дык, граф, а чаго, на степняков мясом пошлёшь? Нами своих прикроешь? — Это другой, тоже потенциальный легионер. Тоже, видимо, из неблагонадёжных.
— Пошлю, но не мясом, — воскликнул я. — А с оружием, в составе войска. Своих вами прикрою, да, но лишь потому, что вы — воины, а задача любого воина — воевать и защищать. Разве нет? Кто с этим поспорит?
Желающих опровергнуть данное утверждение не нашлось.
— Но мясом как мясом, безоружным, не наприкрываюсь — дорого очень выйдет. Незачем мне вас на мясо переводить, когда с пиками и арбалетами вы гораздо для меня ценнее, а для степняков опаснее.
— А давай, ежели не обманешь! — Это первый вышедший.
— И я поеду! — Закономерно, и второй вопрошающий. Видать, мужикам терять нечего. Такие для легиона — первые кандидаты, самое то. Решено, на беглых и буду в первую очередь ориентироваться.
Короче, гребцы с «железной» ладьи завербовались почти полностью — один остался, но и он потом перешёл. И из остальной массы выдвинулось человек пятнадцать. Немало, но ждал бОльшего. И не все были холопами, а кто-то — зазевавшийся купец оказался. Ладно, не до них.
— Так, ведёте телеги! — наставления будущим легионерам. — Отвечаете за них головой! От врагов — отбиваемся! Сигизмунд, раздай будущим легионерам оружие из трофейного.
— Неможно! Крепостные! — гаркнул отрок.
— Уже нет. Это будущие легионеры Пуэбло, воины, а воин не может быть крепостным!! Раздать будущим воинам оружие! — зло рявкнул я. Сигизмунд опасливо втянул голову в плечи.
Остальные мои воины такой шаг не одобрили, но спорить не стали. А оружие у нас было. Алебарды мы не забирали, только срубали наконечники с древка (железо денег стоит), а вот мечи и топоры, если попадались — прихватывали. Легионеры быстро вооружились, и только теперь поверили своему счастью, что их не обманут — до этого вряд ли кто из них в жизни держал боевое оружие.
— Йорик, что там? — Будущий ярл в сопровождении двух десятков бойцов ехал мне навстречу — поторопить.
— Граф, у нас всё. Пора выдвигаться. А то перекроют дорогу — не вырвемся. И уплыть уже не сможем. — Жест на пылающие лодьи.
— Всё пожгли? — Щурюсь, пытаюсь окинуть весь район цепким взглядом.
— Обижаешь! — Ухмылка.
— И канаты?
— А то. Вишь, как пылает? — Кивнул себе за спину. — Двадцать девятый. В тридцатом мало, но там верёвки промасленные, сейчас зайдутся — и кранты!
— Отсемафорьте Вольдемару. Мы прорываемся через Красный город. Встретимся в двух милях на юг по Меридской дороге.
— Красный? — нахмурился ярл. — Дальше на запад?
— Да. Нас там не ждут. Наша задача — дать выйти вон тем телегам.
Йорик заматерился, я аж заслушался.
— Надеюсь, там золото и драгоценности? — посмотрел на меня с укором. Я расплылся в улыбке.
— Лучше. Железо! Прорвёмся?
Он оценил телеги, выкатывающиеся на дорогу к воротам. Шестёрки коней. Но дать вердикт отказался, лишь задав алгоритм прорыва:
— Ты иди впереди, на прорыве. Я прикрою отход. Может и получится.
— Замётано. — Пришпорил Дружка. — Первый отряд! Внимание, первый отряд! За мной!