— А то. А так получается, не я тебя поймал и добился, а мне тебя братик навязал за помощь себе. При том, Карлос мне никуда не упёрся — не возбуждаюсь я от мальчиков.
Снова смех. Но смех оборвался и последовал серьёзный вопрос:
— Значит, нам не по пути?
Судя по лёгкому, но тщательно скрываемому разочарованию в голосе, она надеялась, что я соглашусь. Возможно перед Карлосом с целью давления была разыграна целая спецоперация — лис де Рекс достаточно опытен и хитёр, а Катюша достаточно хорошая актриса. Так это или нет — но мне показалась, она была бы рада выскочить за меня «по расчёту». И эта мысль воодушевила.
— Кто сказал? Я только вышел на охоту, принцесса! Только начал загонять дичь!
Но я уже начал! — с воодушевлением закончил я. — А значит ты можешь бегать сколько душе угодно, но я всё равно тебя выслежу и догоню.
— И то кумполу. — Смешок.
— Ага. И мне будет плевать на мнение твоего брата.
— А вот с такими словами не шутят, Рикардо, — покачала она головой.
— Почему? Не за бесплатно, конечно. Я помогу ему, он отдаст тебя мне. Но это будет честная сделка. И ты не отвертишься.
— Умник! — Сказано с нежностью в голосе. И тоже тщательно скрываемой. — Знаешь, Рома, как меня одновременно и бесит и увлекает в тебе эта черта? Ты до невозможности самоуверен! Я ещё не встречала таких самоуверенных мужских особей. А если у тебя не получится?
— Получится, — расслабленно выдохнул я. Снова провёл по струнам. — Принцесса, ты это, извини, если что, но я совершенно не различаю нот. А потому петь буду как осёл во время гона.
Заливистый смех. Я сегодня в ударе.
— Но человек, который меня учил играть на этом инструменте, говорил, что петь надо не голосом, а душой, а душа у меня поёт, — добавил я. Говорили мне про танец, но чем песня хуже? Пусть будет.
Она снова захихикала:
— Ты ещё и музыкант. Сколько в тебе скрытых талантов, Ромарио Ясный Пень!
Я на эту подначку не ответил, а снова провёл по струнам и заиграл. Как мог, боем.
Песня для меня была сложная, когда учил. К шаблонно-типовым «дворовым» аккордам тут добавились относительно экзотические на тот момент. Но выучил, ничего эдакого, оказывается. Чисто механически очерёдность, но я и не говорил, что музыкант. А что пальцы чуть не сломал, пока рука не привыкла — так и к лучшему. Зато теперь знаю эту песню, она реально душевная, и её многие недооценивают. И кто бы мне сказал в своё время, что пригодится она мне у чёрта на куличках, в хрен знает какой галактике находящемся мире, да ещё при признании в любви местной принцессе.
Запел. Да, конечно, не попадал в ноты, и она сначала засмеялась. Но потом замолчала и задумалась. А я всё пел, стараясь петь не голосом, а именно душой. И было плевать, что тут никто не знает русский — когда поёт душа, всё понимаешь и без слов.
Проигрыш. Реакция? Молчание. Она без диадемы — я в бинокль видел. Смотрит. Я же распалял себя всё больше и больше. Ибо я хотел эту девушку! Она — мечта! И хотел не просто так. А именно… Да, по кумполу и в пещеру — именно так. В пещеру под названием «жизнь».
Я готов рисковать. Готов поставить всё. Ибо всё, что мы имеем — лишь миг, и мы, действительно, рискуем лишь мигом. Я поставлю на кон всё, но и получу всё. Её, графство, страну. Получу мир. МОЙ мир, мир для моего сиятельства. И сейчас я говорил судьбе, что готов снова идти в бой. Я выдержу, выстою. А победитель получает всё.
Тишина. Притихшие парни и гвардейцы вдали. Люди из соседних домов — кто-то подходил к окнам. Плевать. Смотрю на неё, она на меня. Наконец, становлюсь на колено:
— Принцесса, выходи за меня!
Молчание.
— Не говорю, что это будет завтра. Но послезавтра я приеду за тобой. И увезу в тот шалаш, о котором пела Галадриэль. Поехали со мной, а? Плевать на них всех, на этот тварный мир людишек со своими вечными страстями!