Егерь повторил сообщение.
— Облачаемся? — напряжённо сузил глаза Вольдемар.
Я подумал и отрицательно покачал головой.
— Это не «Быки». Да те сами бы драпанули, а не стали бы навстречу нам переться. Значит, это могут быть только люди герцога — мы нарушили границы его владений. Войны между нами нет, «отмаз» у меня железный… Так что если облачимся, или наденем на луки тетиву, это будет выглядеть как вызов. Нет, едем, как ехали.
— Они с оружием. И под плащами кольчуги и латы, — сказал егерь.
— Плевать. Мы в гостях, парни. Держать хвост pistoletom, но бог вас упаси проявить агрессию! Я еду первым! — заявил я и двинул коня вперёд, не намереваясь торговаться. За мной сорвались телохраны. Остальные продолжили движение через полминуты.
Через минут пять въехали на пригорок, стало видно сеньоров. Да, не густо. Лошадок много, но, как и мы, идут без обоза, всё навьючено, а значит людей мало. Воины в плащах, но видно, что под плащами не нательное бельё. Правда, без шлемов — просто шапки. Терпимо.
— Вперёд! — скомандовал я. — Лавр!
Держащий штандарт отрок поравнялся со мной, и мы дружной кавалькадой поехали с пригорка вниз, навстречу приближающемуся войску.
Нервы у парней герцога выдержали, никто не сорвался на непристойности, хотя у всех в руках были луки с натянутыми тетивами. Лошадки остались в задней части колонны, вперёд выдвинулись воины на боевых скакунах. Лансов не брали, но мечи и луки у каждого. Человек тридцать, что немало. Впереди виднелись две телеги с сеном, но при виде воинов и готовящейся сшибки, крестьяне прибавили ход — если что, мешать не будут. А едущие за нами телеги и так благоразумно ждали, пока мы не уберёмся, уехав вперёд, освободив дорогу. Это я так, замечаю детали, чтоб сопоставить местный менталитет с привычным по тому миру — отличий мало.
— Тпр-р-р-р-ру! — натянул я повод коняшки. Это была Пушинка, не Дружок — Дружка вёл Трифон, пересаживаться я не стал. — Здорово, Бернардо! — заорал так, что половина степи услышала. — Выезжай, сукин сын, здороваться буду!
Я излучал уверенность мномилионтонного астероида. Воины собрались на дороге? Нервничают? Меня это не касается, я как летел куда хотел, так и буду лететь дальше.
— Рикардо, охламон, как ты догадался, что тут я! — Из-за спин воинов выехал мой партнёр по возлияниям алкоголя и траханию девок нетяжёлого поведения, с коим Рикардо выпито и оттрахано… Ой-йой-йой! Не сказать, что я бывал в Овьедо часто, но было дело несколько раз. Мы с сыновьями герцога равные по статусу… Были, пока не умер мой отец. Дети влиятельных владетелей, наследники. Чего б вместе не покуролесить?
У Бетисов есть фамильная черта — старших сыновей называют именем «Бернардо». Уже тринадцать поколений как. Вру, больше, но несколько раз наследники… Не доживали до занятия герцогского кресла, в списке владетелей этого герцогства последние два столетия несколько пробелов — других имён. Но конкретно этот чудик — Бернардо Бетисский Тринадцатый. Будет, когда сменит отца, Бернардо Бетисского Двенадцатого. Если не доживёт, то следующим станет его брат Тиберий, вроде всё логично.
Юный наследник герцогства выехал, растолкав сурово щурящихся телохранов. Меховой плащ, как у меня, только цвет другой. Как называется зверь, из которого сделан плащ — не знаю, Рикардо считал, что это «карликовый лось» — местный зверь, что-то типа лохматого волка, только травоядный. Аналогов в нашем мире нет. Очень дорогой мех, как и плащ, но не сказать, что безумно — такие встречаются достаточно часто даже у неблагородных. Под плащом выступает железо, на голове шляпа с откинутыми ушами. Местная средневековая мода отличается он нашей практичностью. Нет такой вычурности. Сапоги — кожа, отличного качества, ноские, но «боевой» вариант, а не «для салонов». Ехал сюда отнюдь не форсить. Меч на поясе по виду… Просто меч, без изысков и золотых росписей на эфесе. В целом ничего эдакого; не знал бы кто — не догадался бы, воин — и воин. Но я догадался.
— Вот этот тип, — указал я на ближайшего его телохрана, — и вон тот. Рожи знакомые, примелькались. На мелочах «палишься»! — Я начал спрыгивать с лошади. — Иди сюда, сукин сын, я тебя обниму!
Герцогёныш не стал ерепениться и со своего коня слез.
— Вот такие дела, Бернардо, — закончил я рассказ. Мы так и стояли на обочине дороги. Моё войско за мной, его — перед нами. Никто не делал каких-либо попыток проехать, заговорить… Вообще никто даже заговорить не пытался. Жизнь такая штука, может лидеры не договорятся, и им придётся кровь проливать? Нафиг надо себе настроение портить. — Этот свиток специально для тебя, — протянул заготовленный тубус ему. У меня ещё несколько — для короля, для себя и для Магдалены — им тоже отправлю.