Я теперь знал…
Оставалось проверить идею насчет отключения силового кокона вокруг яхты. Но, поскольку результат мог быть кратковременным, сперва я занял место пилота в посадочном модуле «Б» и пристегнул ремни.
— Ворчун, слушай приказ… Запиши в бортовой журнал, запомни или еще как там полагается по процедуре, но никаких вопросов не задавать и не уточнять. Невозможность выполнения приказ не отменяет, просто жди, пока я его не отменю. Понятно?
— Да, капитан.
— Приказываю пришвартоваться к орбите планеты Твердыня.
— Есть пристыковаться к орбите планета Твердыня, — как эхо повторил Иск-ин.
Я даже на секунду подумал, что он и в самом деле каким-то непонятным образом попытается это проделать. Но, так как ничего, вроде, не происходило, выждав несколько секунд и стараясь унять волнение, я задал следующий вопрос:
— Доложи состояние силового поля яхты.
— Силовое поле отключено. Готов приступить к швартовке. Прошу уточнить…
— Отставить вопросы! — чуть не закричал я. — Приказываю катапультировать челнок «Б»! Сейчас же!
Последнюю фразу мог и не произносить. Меня вдавило в противоперегрузочное кресло с такой силой, словно я весил с полтонны. А сплошная светло-серебристая стена «Звезды Венца» стала стремительно отдаляться, буквально на глазах уменьшаясь до размеров вытянутого овала, как тарелка для подачи селедки.
Сработало. Теперь дело за малым. Войти, найти, забрать и вернутся. Но, для начала — произвести посадку в нужном районе.
— Ворчун. Выведи на монитор территорию Дворца… — на голографическом экране передо мной возник аэроснимок затребованной местности, как его было видно с орбиты. —Хорошо. Увеличь масштаб. Еще… Еще… И еще раз. Отлично.
Я протянул руку и коснулся пальцем точки на изображении.
— Посади модуль вот здесь. Плюс-минус десять метров. Но только незаметно для роботов, патрулирующих периметр.
— Выполняю…
Вот в чем хороши Иск-ины, так это в рутинной работе. Они не установят рекорд, не придумаю ничего оригинального, не проявят себя в совершенно нестандартной ситуации. Зато, ни один андроид или робот никогда не придет на работу с бодуна, у них не будут дрожать пальцы при сложнейшей операции, им не взбредет в голову почесаться в паху или накрасить губы, одновременно совершая сложный маневр. А еще у них никогда не бывает плохо настроения, и они не срывают зло на пациентах или клиентах.
Ворчун заложил большую дугу, уводя посадочный челнок от Дворца километров на пятьдесят, а потом, на бреющем, подкрался к нужной мне точке. Могу спорить, что даже если бы там стоял пост, то и тогда посадку не заметили бы.
— Готово…
— Жди. Я быстро…
Боевой скафандр имел множество ништяков, одним из которых был экзоскелет и усилитель мышц. В общем-то бетонную плиту я, возможно, и так бы отодвинул. При помощи лома и матерного слова, но в данном случае — эти триста килограмм я даже не заметил. Как обычный люк в подпол открыл.
Даже удивился, что все так просто. Поторопился. Под плитой обнаружился еще одна крышка. На этот раз бронированная. Даже тяжелым лазером не сразу прожечь получится. К счастью, мне не надо было ничего жечь. Запор открывался «кровью Ланкастеров». Точнее, сканированием биополя. А, поскольку, мое нынешнее тело принадлежало последнему герцогу этого Дома, то охранная система даже не пикнула.
Вернее, пикнула… Только одобрительно. Мигнув зеленым глазком. После чего зажужжали сервоприводы, и тяжеленный, как в противоатомном бомбоубежище, люк уполз в нишу. Открывая вход в подземелье.
Глава 16
Блин, далеко шагнули строительные технологии будущего. Всего лишь туннель, вроде технической шахты, а все блестит и сверкает, как новые станции метрополитена. И свет горит. Причем, не тусклые аварийки в три свечи и вполнакала, а вполне дневное освещение. Источник, правда, не обнаружил. Он, как бы отовсюду идет. А главное, в полный рост шагать можно. Красота…
Не, насчет света ошибочка вышла. Он не отовсюду, он — впереди меня бежит, а за спиной тухнет. Видимо, от нажатия на пол срабатывает. Или от датчиков движения. Экономия, и мне, как бы подсказывает: «Верной дорогой идешь, дорогой товарищ».
Дорогой, не дорогой, а метров пятьсот не меньше шагать. Тайник во Дворце. В самой середке — рабочем кабинете главы Дома.