Встала дилемма: или на самом взлете поставить карьеру на длительную паузу, или стать домашней птичкой, забыв мечты о независимости. Вера выбрала карьеру и прервала беременность, заранее не обсудив с Вадимом своё решение. Всё могло сложиться иначе, если бы не старомодные пунктики Вадима. По расчётам Веры правами собственности на её тело обладала только она сама, поэтому искренне не поняла она обиду Вадима, когда сообщила о совершённом аборте. Пути разошлись.
Вера сморщила нос, вспомнив приставучий больничный запах. Завидная способность отгонять дурные мысли сработала без осечек и на этот раз.
— Ребята, а давайте я научу вас делать мыльные пузыри? — тряхнув копной волнистых волос, спросила Вера.
— Давайте! — обрадовались малыши.
Они прошли в ванную комнату, где Вера быстро приготовила мыльную пену и с помощью одной из своих косметических штучек соорудила палочки с кольцами. Дети неторопливо принялись надувать прозрачные шарики. Пузыри опускались на пол, подрагивая и переливаясь красным, зелёным и голубым. Особенно старалась девочка, пытаясь выдуть самый большой шар. Мальчик не отставал, выпуская целые гирлянды. Вера зачарованно наблюдала, как лопаются пузырьки.
Когда пена закончилась, вся дружная компания единогласно решила поиграть в шашки. Вера приготовилась к поддавкам, но ей пришлось поднапрячься: маленькие соперники играли так резво, что партию с трудом удалось свести на ничью.
Еще они играли в лото. Вера увлеченно объявляла "топорики", "барабанные палочки", "лебеди", а мальчик и девочка деловито заполняли карточки. Сидя на диване между детьми, Вера вдруг поцеловала их в макушки.
— А как вас зовут? — спросила Вера.
— И этого мы не знаем, — серьёзно сказал мальчик.
— Тогда я буду звать вас Оля и Володя, — беззаботно ответила Вера, поочередно обращаясь к девочке и мальчику. Дети не ответили.
Они успели посмотреть мультфильм про Золушку, прежде чем Вера заметила наступление полуночи:
— Уже двенадцать. Всем деткам давно пора спать.
— Ещё, мы хотим ещё поиграть!
— А что если я почитаю вам одну очень интересную сказку?
В спальне дети устроились на кровати, а Вера на кресле рядом. Едва она начала читать, как заметила: дети спят, повернув головки друг к другу. Вера отложила смартфон, с экрана которого читала сказку. "Какие они хорошенькие!" — умильная улыбка тронула губы. Тут же захотелось снять видео.
В глаза бросилась странная картина: дети на экране не отображались. Камера записывала как бы сквозь них. "Ты же знала с самого начала, что так и будет, не так ли?" — ехидный вопрос повис без ответа. Вера бесшумно пошла в ванную комнату и закрыла за собой дверь. Мелко дрожали руки. И ещё: "Вы больше не сможете родить ребенка", — слова врача из перинатального центра с новой силой ударили по вискам. Сердце стучало, постепенно толкая к нервному срыву.
Вера сжала смартфон до боли в пальцах, подняла взгляд и зло посмотрела на свое отражение в зеркале. Стремительно шагнув к настенному шкафчику, она достала пачку снотворного и стала перебирать таблетки.
— Мама, мама, что ты делаешь? — спросил Володя и легко постучал в дверь, как цыплёнок в скорлупу. Рядом с ним захныкала Оля. Вера подошла к двери и прижалась к ней лбом.
— Вас нет, вы должны исчезнуть, — прошептала она, размазывая по лицу слёзы и косметику.
Володя хотел было что-то сказать, но осекся.
Напала оглушающая тишина. Вера постояла пару минут, пытаясь прийти в себя, затем осторожно приоткрыла дверь и воровато выглянула. Детей нет. Вера распахнула дверь и принялась ходить по всем комнатам. "Умный дом" услужливо включал перед ней свет, но найти детей не удавалось. Квартира казалась пустой, хотя вокруг удобно расположилось много вещей. Загнанной в угол крысой билась мысль: "Как мне быть?” Смартфон запел развеселым голосом глупенькую песенку, Вера отшвырнула его в сторону и вышла на балкон. Затянулась забытой электронной сигаретой и ловко присела на перила. Вспомнила, как папа учил её, дошкольницу, находить на звёздном небосводе самую яркую звезду. "Вот пояс Ориона. Мысленно проводим прямую через три звезды и видим его, Сириус", — прозвучал как наяву хриплый голос, словно Вера еще маленькая, а отец рядом с ней.
Она всматривалась в небесный свод. Ярчайшая звезда завораживала, переливаясь всеми цветами радуги, точно оживший алмаз. Вера любовалась двойной звездой, ей стало одиноко. Она вспомнила, как папа целовал маму. Странной они были парой, её родители. Кудрявый, со жгучими черными глазами цыган отец и спокойной северной красоты блондинка мать.