— Ты больше не мой учитель, Амбридж, — уверенно сказал Гарри. — У тебя нет права указывать мне, что делать и во что верить. Предупреждаю: или ты уйдёшь, или мне придётся защищаться. Уверен, ты ещё не забыла, что случилось в поезде до начала семестра. Я выжил в схватках с Пожирателями Смерти и Волдемортом. Им ты точно не ровня.
— Ах ты, маленький жалкий лжец! — вскричала Амбридж. — Crucio!
Рефлексы не подвели Гарри.
— ProtegoMaximus! — выкрикнул он.
Из кончика палочки появился полупрозрачный голубоватый щит, и парень постарался как можно быстрее направить в него свои силы сквозь палочку. Гарри ощутимо тряхнуло, когда проклятье Амбридж врезалось в щит и стало медленно его продавливать. Было ясно, долго Непростительное он сдерживать не сможет. Сириус! Пожалуйста, помоги!
Отдавая всё больше и больше внутренних сил на поддержание щита, Гарри почувствовал, как в груди разливается жар. На лбу появились первые капельки пота. Дыхание участилось. Он слабел с каждой секундой, но всё равно держал щит. И как раз в тот момент, когда он понял, что больше не выдержит, волна силы прокатилась по его телу, наполнив комнату ослепительно белым светом. Амбридж выронила палочку и попыталась прикрыть глаза руками. Гарри сразу же убрал щит и поднялся на ноги.
Дверь распахнулась, но Гарри не обратил на это внимания. Он был полностью сосредоточен на Амбридж и застывшем между ними проклятии.
— Если ты ещё когда-нибудь приблизишься ко мне или моей семье, Амбридж, ты пожалеешь об этом, — жёстко сказал Гарри. — Ты не лучше Волдеморта. Ты сама себе выкопала могилу, наложив Непростительное проклятье на меня и атаковав одного из моих опекунов.
Он вытянул левую руку в ту сторону, где лежала палочка Амбридж, и та отлетела из зоны её досягаемости. Противник был обезоружен, Гарри больше ничто не угрожало, но его пронзило желание отомстить. Никогда прежде он не чувствовал ничего столь сильного. Быстро задавив в себе это, парень коснулся средней бусины подавляющего ожерелья и прошептал:
— Активация.
В то же мгновение Гарри почувствовал, как силы оставляют его. Он упал на колени, а проклятье, больше ничем не сдерживаемое, пронзило воздух над его головой, разбив вазу. Окружающие предметы закружились, и Гарри закрыл глаза, боясь, что его стошнит. Внезапно он почувствовал, как кто-то обхватил его руками и прижал к чему-то твёрдому. Он не мог двигаться самостоятельно, в данный момент у него ни на что не было сил. Его голову приподняли за подбородок, из-за чего она запрокинулась, уперевшись в чью-то руку. Гарри тихо застонал, когда холодная ладонь коснулась его лба. В рот влили горькую жидкость, и кто-то начал осторожно массировать его шею, заставив парня рефлекторно сглотнуть. Туман в голове начал постепенно проясняться, и Гарри почувствовал, что к нему частично вернулись силы. Приоткрыв глаза, он сразу же увидел обеспокоенные лица Сириуса и Ремуса, смотревших на него.
— Ремус, Сириус, целитель скоро будет здесь, — сказал профессор Дамблдор, подходя к ним. — Я бы хотел, чтобы Гарри и тебя, Ремус, как можно скорее осмотрели.
Ремус покачал головой, беря Гарри за руку.
— Я в порядке, Дамблдор, — настойчиво произнёс он. — Меня просто вырубили. — Он посмотрел на Гарри и покачал головой. — Мне так жаль, сынок. Я должен был лучше защищать тебя. Не могу поверить, что именно она сумела застать меня врасплох. Я даже не слышал заклинания.
— Без слов, — устало пробормотал Гарри, медленно моргая. Он чувствовал, как накатывает темнота, но сражался с ней, чтобы остаться в сознании. — Она не произносила заклинание вслух.
Сириус сильнее прижал крестника к себе, начав раскачиваться вперёд-назад.
— Всё хорошо, Гарри, — сказал он дрожащим голосом. — С тобой всё будет хорошо. Мы со всем разберёмся, а потом вернёмся домой, в безопасность. Я больше никогда не выпущу тебя из поля зрения. Если будет нужно, я сам тебя всему научу.
Это прогнало все мысли о том, чтобы сдаться и позволить темноте взять своё. В начале летних каникул Гарри уже слышал подобные заявления от Сириуса. Членам Ордена потребовалось почти две недели, чтобы убедить Сириуса в том, что его желание запереть Гарри в поместье Блэков до конца жизни было не слишком осуществимым.
— Сириус, я в порядке, — сказал Гарри, пытаясь сесть. Наконец, с помощью Сириуса и Ремуса, ему это удалось. Он поправил очки и, ухмыльнувшись, посмотрел на своих опекунов. — Я почувствовал кулон, а вы?
Сириус кивнул, взлохматив гаррины волосы.