— Конечно, почувствовал, — сказал он. — Ты уверен, что с тобой всё в порядке? Ты выглядишь измотанным.
Гарри кивнул, потирая глаза под стеклами очков.
— Я снова переборщил с щитом, — признался он. — У меня ушло много энергии на это. Думаю, только из-за этого выброс и случился. — Гарри оглянулся вокруг и заметил, что они остались одни. — А где все?
Ремус и Сириус помогли Гарри перебраться на диван, позволив подростку сидеть без посторонней помощи.
— Аластор занялся Амбридж, Дамблдор ушёл за целителем, а Тонкс стоит за дверью и следит, чтобы никто не входил, — сказал Сириус, садясь рядом с Гарри. — Она наложила только одно заклинание, так? Она же ни чем в тебя не попала?
Гарри покачал головой.
— Нет, клянусь, — ответил он, облокотившись на плечо Сириуса. — Похоже, у нас ничто не может пройти, как запланировано.
Сириус рассмеялся, а Ремус ограничился смешком.
— Гарри, мы уже давно пришли к выводу, что, когда дело касается тебя, ничего никогда не идёт по плану, — признался Сириус. — Ты не даёшь нам терять форму. — Последовало короткое молчание, за время которого Ремус сел напротив Сириуса и Гарри. — И я не думаю, что это плохо, — добавил Блэк.
Звук открывшейся двери заставил Сириуса и Ремуса схватиться за палочки и вскочить на ноги. Но они сразу же расслабились, увидев, что в дверях стоял Дамблдор, которого явно позабавила их реакция.
— Могу вас заверить, что у меня исключительно добрые намерения, — весело сказал профессор Дамблдор и отошёл в сторону, пропуская высокого худого темноволосого волшебника, одетого, как те целители, которых Гарри видел в Мунго несколько дней назад. — Целитель Сандерс прибыл, чтобы осмотреть Гарри и Ремуса.
Целитель зашёл в комнату, на ходу доставая палочку. С собой он принёс небольшую чёрную сумку. Сначала он занялся Ремусом. Поводив вокруг него палочкой, он жестом показал ему сесть.
— Небольшое перевозбуждение и усталость, мистер Люпин, — сообщил целитель Сандерс профессиональным тоном и, порывшись в сумке, достал небольшой пузырёк, который и протянул Ремусу. — Вот, это Глоток Спокойствия, а как вернётесь домой, хорошенько отдохните. — И сразу же поспешил туда, где сидел Гарри. Взмахнув над ним палочкой, целитель пораженно ахнул. — Мистер Поттер! Как, скажите мне, вы умудрились довести себя до такого магического и физического истощения?! Это чудо, что вы ещё в сознании!
— Я в порядке, — продолжал настаивать Гарри, хотя и знал, что после заявления целителя ему никто не поверит. Без сомнения, он устал и не заснул ещё лишь из чистого упрямства. Ведь чем скорее этот бардак закончится, тем будет лучше для всех. — Просто дайте мне Перцовое зелье и можем идти на слушание.
— Боюсь, я не могу это сделать, мистер Поттер, — сказал целитель, оглядываясь на профессора Дамблдора. — Существует риск, что вы ещё больше измотаете себя и впадёте в кому. Если бы вы были моим пациентом в Мунго, я бы прописал вам постельный режим. — Мужчина повернулся к Сириусу. — Неужели мистеру Поттеру действительно так важно присутствовать на слушании, мистер Блэк?
Сириус печально вздохнул.
— К сожалению, — ответил он. — Свидетельство Гарри необходимо для подтверждения обвинений.
Целитель Сандерс порылся в своей сумке и вынул четыре пузырька с зельями разных цветов, затем поднялся и протянул их Сириусу.
— Тогда советую вам покончить с этим побыстрее, — серьёзно произнёс он. — Вот, возьмите. Это Глоток Спокойствия, Зелье для сна без сновидений, Питательная смесь и Восстановительный эликсир. Глоток Спокойствия дадите, если во время слушания он разволнуется. Зелье для сна без сновидений дадите, когда вернётесь домой... здесь на два раза. Только перед эти пусть выпьет Питательную смесь. А Восстановительный эликсир пусть принимает по глотку в день в течение недели, чтобы его магические ресурсы восполнились до конца каникул. Рекомендую больше отдыхать и избегать стрессов.
Сириус кивнул.
— Спасибо, — поблагодарил он целителя и передал пузырьки Ремусу, который, наложив на стекло чары неразбиваемости, убрал их в карман.
Целитель Сандерс кивнул, закрыл сумку и покинул комнату. Сириус снова занял своё место рядом с Гарри, позволив подростку облокотиться на его плечо. Гарри был совсем не удивлён диагнозом, так как не раз слышал его в прошлом году, когда выбросы были абсолютно непредсказуемы. Вспомнив об этом, Гарри пришёл к выводу, что этот выброс по силе даже близко не дотянул до того, что был у него в сентябре, но он не собирался никому об этом говорить. Единственным человеком, который знал, насколько плохо ему тогда пришлось, был профессор Дамблдор.