Он снова наклонился. На камне лежало еще три руны, все лицом вниз. Русс взял их и показал Бьорну первую.
– Многоголовый змей, – сказал он.
– Альфа-Легион
– Похоже на то.
– А другая?
Русс перевернул руну.
– Бьорн. Медведь. Ни разу не падала лицом вверх. Ни разу. Как думаешь, почему?
Бьорн посмотрел на нацарапанный символ и что-то внутри него застыло. На миг он ощутил непрошеное чувство бесконечности, гнетущего времени, холодных теней, утраты, терзающей его, словно рана.
– Вот почему вы вызвали меня, – понял Бьорн.
– Ты – часть происходящего. Каждый раз, как я разгадываю путь будущего, я вижу там тебя, на самом краю, и поэтому я хочу, чтобы ты был рядом, когда я переделаю Легион. Чтобы ты был со мной, когда мы пойдем дальше.
Бьорн посмотрел на примарха, и тяжесть на сердце не уменьшилась.
– Это место ненавидит нас, – сказал он. – Он раздавит нас еще до того, как все закончится.
– Нас ненавидит вся галактика, – сказал Русс с ноткой несдержанности. – Всегда ненавидела. Если мы хотим выжить, нам нужно насолить ей еще немного.
Сверхъестественный порыв телепортации был милосердно коротким. Содрогание пустоты, укол холода с едва слышимым воем вакуума, и на этом все.
В центре рассеивающейся сферы варповой изморози стоял Гунн. Ярл шагнул через нее, снимая шлем и стряхивая с доспеха остаточные кольца эфира. С ним прибыли Скрир и Эсир, презрев чрезвычайную опасность перемещения по варп-волнам между идущими на полной скорости двумя титаническими кораблями.
Перед Волками раскинулся командный мостик, за сотней иллюминаторов которого открывалась багровая пустота. Трон – массивная громада, высеченная из гранита, с подлокотниками в виде двух охотящихся волков – оставался пустым. Просвет в сердце переполненного пространства.
– Кто здесь командует? – спросил Гунн, шагая к месту примарха.
Смертные матросы не вмешивались, на лицах отражались смешанные чувства благоговейного страха и облегчения. Дюжина Волков личной почетной стражи примарха стояли строем перед пустым троном, каждый носил поверх доспеха черную волчью шкуру. Ими командовал хускарл Русса одноглазый Гримнр Черная Кровь.
– Ты знаешь ответ, ярл, – предупредил Гримнр, встав между лордом Гунном и командным троном.
– Флот разрывает себя на части, – заявил Гунн, держа руки близко к висевшему на поясе оружию. – Или вы настолько слепы, что не видите, куда ведет нас старик?
– Это его трон.
– Я не вижу его здесь.
Лицо Гримнра напоминала посмертную маску – неподвижное с пустым взглядом.
– Он вернется. До того момента никто не займет его место.
Гунн презрительно сплюнул и шагнул к основному модулю тактических гололитических проекторов. Когда он подошел, группа магосов Механикума поспешно убралась с его дороги. Гунн указал на мерцающие руны флотского построения, что висели над командной платформой мостика.
– Видишь это? – пренебрежительно спросил он. – Можешь прочесть эти руны?
С начала отступления мало, что изменилось. Альфа-Легион по-прежнему держался сразу за дистанцией огня лэнсов, все так же наблюдая за ними и преследуя. Флот Волков находился в угрожающе скученном состоянии, по-прежнему действуя на полной субварповой скорости, заполняя туннеля от одного опасного края до другого. Из верхних иллюминаторов бил темно-красный свет. Для Волков совсем не осталось пространства.
– Мне не приказывали атаковать, – сказал Гримнр.
– Ты видишь, к чему нас это привело.
Пока лорд Гунн говорил, Скрир и Эсир бесшумно и целенаправленно перемещались по краю командной платформы, не сводя глаз с воинов Гримнра. В остальной части мостика работа шла, как обычно – сотни кэрлов и трэллов Механикума согнулись на своих постах. Хотя иногда они осмеливались бросать косые взгляды на спорящих полубогов.
Мертвенный взгляд Гримнра метнулся к высоким иллюминаторам, за которыми бурлила беспокойная материя Алаксеса. Все они отлично знали, что произошло с кораблями, попавшими туда. Хускарл, такой же непреклонный, как и раньше, перевел взгляд на Гунна.
– Мне отдал приказ примарх, и мы продолжим идти вперед.
Гунн прищурился. Казалось, вены на его шее лопнут от разочарования.
– Мы должны повернуть, – с жаром прорычал он. – Ты ведь должен понимать это. Кому-то необходимо взять в руки командование, пока мы все не погибли. Флагман должен снова командовать. Я не могу делать это с «Рагнарока».