Тахир вернулся довольно быстро и пригласил за собой. Они обогнули большой дом, и в глубине участка обнаружился ещё один, двухэтажный, но меньших размеров. В него и вошли. В коридоре у входа Сергей разулся и снял куртку, которая у него одновременно выполняла функции дорожной сумки, потому что в объёмных карманах хранились в полиэтиленовом пакете зубная щётка, паста и бритвенный станок. Новый знакомый провёл Сергея в маленькую комнату на первом этаже, где из мебели стоял одинокий раскладной диван, и, попросив немного подождать, вышел.
Где-то в глубине дома слышался негромкий разговор. Слов было не разобрать, но голоса звучали мужские. Тахир вернулся и принёс кастрюлю отварных макарон с тушёнкой, две миски, ложки, а потом тарелку с нарезанным толстыми ломтями белым хлебом и кусками рафинада. Горячий чайник с кипятком Тахир поставил на подоконник, где разместил и кружки с пакетиками заварки.
Оба сильно проголодались и, разместившись на диване, молча принялись за еду, а потом с наслаждением пили чай вприкуску. Утащив грязную посуду, Тахир принёс подушку и тонкое шерстяное одеяло с синими полосками.
– Ну что, отдыхай, – улыбнувшись, сказал он, – завтра с тобой старшие поговорят. Если надо будет, туалет тут направо, в коридоре. Найдешь?
– Найду, – отозвался засыпающий Сергей, не раздеваясь, валясь на диван, – гаси свет.
Ночь пролетела быстро. Ему показалось, что он как лёг в одной позе, так в ней и пробудился. Наверное, сказалась усталость.
Теперь вытянувшись и лёжа на спине со сложенными на затылке ладонями, он глядел на качающиеся за окном сосны, он ни о чем не думал и никаких планов не строил. Просто полёживал, ощущая, что за ночь организм полностью восстановился.
Услышав приближающиеся шаги в коридоре, Сергей сбросил одеяло и сел на диване.
Вошедший невысокий худощавый мужчина с небольшой аккуратной черной бородой и чисто выбритой головой, прижав правую руку к груди, слегка кивнул Сергею головой и сел на диван. Сергей, тоже кивнувший в знак приветствия, немного отодвинулся, давая пришедшему побольше места, и молчал, ожидая начала разговора.
– Благодарим тебя за то, что помог вчера нашему Тахиру, – просто сказал мужчина, – он у нас самый молодой, пока не может за себя как следует постоять.
– Да, что тут благодарить. Эти отморозки неправы были, вот и всё, смутился Сергей, – а вам спасибо, что пустили переночевать.
– Мы добрым гостям рады, – мужчина жестом прервал Сергея, – меня зовут Абдулло, я в этом доме с семьёй живу, как управляющий.
Говорил Абдулло по-русски грамотно, но в его речи чувствовался небольшой акцент.
– Скажи, кто ты и откуда, – попросил он.
Рассказ вышел коротким: родился в деревне, учился в школе, служил в армии, потом работал водителем. Про неудачи с работой Сергей распространяться не стал, но неожиданно для себя сказал то, что не рассказывал никому:
– Меня вообще-то Сардор назвали. Отец из Узбекистана был, но я его даже не видел никогда. Потом уже мать записала Сергеем и отчество – Борисович. Она отца Борей называла, а по документам он, вроде, Ботир. Фамилия вот его осталась – Юсупов.
– Да, ты немного похож на наших братьев, только волосы светлые и рост высокий, – удивлённо согласился Абдулло, – а, скажи, кто ты по вере?
– Никто я по вере. Мать в церковь ходила и меня вроде крестили, но я как-то в Бога не верю. Слишком много несправедливого кругом. Почему так, если Бог есть?
Абдулло провёл ладонями по лицу, словно умываясь, и произнёс:
– «Ашхаду ан ля иляха илля Ллаху ва Муххамадун Расулу Лахи» – нет Бога, кроме Аллаха, и Мухаммад (да пребудет с Ним мир) – Пророк Его. Человек, искренне уверовавший в это всем сердцем своим и провозгласивший об этом, становится мусульманином, как миллионы и миллионы наших братьев по всему миру.
Абдулло после этих слов поднял вертикально вверх вытянутый указательный палец правой руки, как бы указывая на небеса.
Сергей выслушал хозяина дома с уважением, но от высказываний предпочёл воздержаться, оставшись про Бога при своём мнении.