– Ну, а вы что? – Игорь тоже удивился такой просьбе Куницына.
– А мы чего? Просят закрыть, и закрыли, да ещё снаружи дверь старыми стульями перегородили для надёжности.
В эту минуту двери распахнулись, и в кабинет вступил потерпевший, сопровождаемый Куницыным. Потерпевший выглядел печальным, и выражение его лица было каким-то натянутым.
Не успел Игорь открыть рот, чтобы приступить к процедуре опознания, как потерпевший произнёс замогильным голосом:
– Мне надо в туалет. Скорее.
– Да туалет у нас на ремонте, засор случился. Сбегайте за угол, всего и делов, – растерянно предложил Ребров.
– Не могу за угол, мне по-серьёзному надо и поскорее, – испуганно возразил потерпевший.
– Вот дела, – посочувствовал Куницын, – давайте на улицу, там сержант проводит куда надо.
После ухода страдальца Куницын снял шапку и, улыбаясь, расселся у стола Реброва.
– Объясни, что происходит, и сколько нам ждать, – поинтересовался Игорь.
– Подождёшь, сколько надо. Сигнал будет, – пообещал Куницын.
Вскоре действительно раздался звонок мобильного телефона. Куницын, выслушав звонившего, кивнул Игорю:
– Дуй, выручай своего терпилу.
– Откуда выручать-то? – недоуменно поинтересовался Игорь.
– Из инфекционного отделения. Это в соседнем флигеле. Действуй шустрее, там ждут, – отрезал Куницын.
Игорь торопливо дошел до домика с вывеской: «Инфекционное отделение Калашинской райбольницы» и, следуя указанию стоявшего снаружи полицейского сержанта, с трудом отворил тяжелую входную дверь, Игорь очутился в светлом коридоре, весь проём которого перегораживала металлическая решётка с дверцей, запертой на огромный висячий замок. За решёткой понуро стоял потерпевший и с некоторой надеждой посматривал на вошедшего Игоря. Там же за решёткой, возвышаясь на две головы над своим пленником, выпрямившись во весь свой немалый рост, стоял заведующий инфекционным отделением Жора Шалобасов. Засученные рукава белого халата обнажали могучие Жорины ручищи, которые он победно сложил на груди. Глаза из-под золотых очков озорно блестели, а заросшие черной бородой щёки то и дело расплывались в улыбке, которую Жора, одергивая себя, старался скрыть.
– Что у вас случилось? – обеспокоенно спросил Игорь.
– Вот гражданин без разрешения забежал в заразное отделение. Медсестра нашла его в туалете. Выходить отказывался, но пришлось подчиниться. Ничего не объясняет, только твердит «следователь, следователь». Удостоверение не предъявляет. И вообще сюда посторонним нельзя, тем более без халата. Хоть следователь он, хоть нет.
– Да нет, это я следователь, а это потерпевший по моему делу, – объяснил Игорь и спросил потерпевшего, – вы как тут оказались?
– Мне сказали, тут есть туалет, а я и не знал, что сюда нельзя, – смущенно заявил тот.
– Тут не проходной двор, – зарычал Жора, нависая над щуплым оппонентом, – на секундочку дверь отперла нянечка, чтобы ведра вынести. А он понёсся бегом, и прямо в туалет. А у нас тут гепатит, СПИД, ВИЧ, все что хочешь. Говори, зачем прибежал?
– Так у меня понос, не на улице же, – стыдливо оправдывался потерпевший.
– Ну, диарея – это инфекция, значит, всё-таки по адресу тебя инстинкт привёл. Тогда так: карантин на неделю и посмотрим, что у тебя за хворь, больной.
– Как на неделю? – испуганно закричал тот, – я не могу, у меня дела в Москве, мне сегодня ехать надо.
– Не знаю ничего. У меня инструкция. Ты там, в туалете за всё руками хватался. Раз был несанкционированный контакт с возможным источником заражения, значит недельный карантин, – сурово отрезал Жора.
– Ну, может быть как-то можно решить, – вступился Игорь, догадавшийся о цели так ловко подстроенной Куницыным западни.
– Только из уважения к правоохранительной системе и при условии, что этот гражданин сдаст нам сейчас все анализы, чтобы убедиться, что он не переносчик инфекционных заболеваний. Но всё равно вся ответственность за риск распространения возможной эпидемии целиком ложится на органы следствия.
Игорь кивнул, соглашаясь взять на органы следствия очередной риск, и вопросительно глянул на потерпевшего:
– Что делать будем? Анализы сдавать? Или на недельку останетесь?
– Не могу я оставаться, пусть анализы возьмут. Я никакой не заразный, пусть убедятся, – со слезами в голосе согласился потерпевший.
– Лизочка! – громогласно возопил Жора, – забирай больного на анализы.
Когда жертву розыгрыша увели, Жора подмигнул Игорю и заверил:
– Пять минут обождать, и представим весь букет, включая кал и мочу.