Он решил не поддаваться стадному чувству и не мерить шагами стеклянный Новый или маскирующийся под ушедшую Москву Арбат старый, а развернуться в обратном направлении и спуститься к набережной Москвы-реки по переулкам с древними названиями.
На углу одного из них его внимание привлекла недавно отремонтированная желто-белая церковка. Невысокая колокольня и приземистое основное здание указывали на почтенный возраст строения. Это подтверждала и небольшая табличка синего цвета на металлических прутьях ограды, сообщавшая, что это церковь Николы на Щепах семнадцатого века.
Игоря привлёк необычный вход, из двух поднимающихся справа и слева изогнутых каменных лестниц, которые соединялись вверху на площадке у застеклённых дверей. В образованном лестницами полукружье стены помещалась небольшая мозаичная икона с висящей перед ней мерцающей лампадкой.
Выросшему в атеистической семье Игорю почему-то сильно захотелось войти в храм. Смущало, что он не знал, как себя правильно вести, чтобы не нарушить церковные правила. Подосадовав на Куницына, давно обещавшего совместное посещение калашинской церкви и, разумеется, всё бы там объяснившего, Игорь решился, и, поднявшись по ступеням, вошёл в здание. Он оказался в светлом помещении, которое в обычном доме называлось бы прихожей, а здесь, наверное, именовалось иначе.
В углу на стене, как в простом учреждении, висела доска с объявлениями, перед ней стоял обычный стол, на котором лежали небольшие листки бумаги, похожие на незаполненные бланки. Невысокая женщина в черном платке, перебирала их, укладывая аккуратными стопками. На появление Игоря она даже не повернулась.
Он прошёл мимо неё и с усилием открыл следующую тяжелую дверь. В первое мгновение после солнечного света улицы полумрак, в который было погружено внутреннее помещение храма, показался ему полной темнотой. Постепенно глаза стали привыкать, и он различил множество икон с горящими перед ними свечами, а перед собой увидел сплошную массу людей, стоящих к входу спиной и обращённых лицами в глубину храма. Его удивил контраст между пустынной улицей и этим тесно наполненным молящимися пространством. В основном это были женщины в тёмных платках, среди которых стояло и несколько мужчин разного возраста. Выделялся высокий прямой старик с длинными седыми волосами и окладистой бородой. Никто не двигался и не разговаривал. Внимание всех поглотила речь невидимого за людской массой священника, который распевно произносил слова на, казалось бы, русском, но не совсем понятном Игорю языке:
– «Господи и Владыко живота моего, дух праздности, уныния, любоначалия и празднословия не даждь ми. Дух же целомудрия, смиренномудрия, терпения и любви даруй ми, рабу Твоему. Ей, Господи, Царю, даруй ми зрети моя прегрешения и не осуждати брата моего, яко благословен еси во веки веков. Аминь.»
После завершающего возгласа все начали креститься и совершать поклоны.
Застеснявшийся Игорь, не умевший делать ни того, ни другого, постарался понезаметнее юркнуть за дверь.
Там он нос к носу столкнулся с женщиной, которая навела порядок на столе с бумагами, а теперь собиралась войти к молящимся.
– Что же вы так скоро уходите? – мягко поинтересовалась она, – батюшка по великопостному сегодня служит.
– Да я так, просто, извините, – смешался Игорь, не зная, как объяснить свой неожиданный для него самого поступок, – я редко в церкви бывал, да и то на школьной экскурсии в Кремле.
– Значит на сердце у вас забота, раз ноги сами в храм привели, – объяснила это женщина, – с радости приходят те, кто во Христа уверовал. Ступайте с Богом!
Игорь благодарно кивнул, не найдясь с ответом, и вышел на улицу, стараясь сообразить какая-же у него забота.
Весенний день по-прежнему был полон света и запахов оттаявшей земли.
Неподалёку на детской площадке с криками и смехом бегали среди яркоцветных пластмассовых домиков и горок разнокалиберные дети, а рядом молодые мамы на отогретой солнцем аллейке убаюкивали в колясках новый отряд будущих хозяев этих увеселений.
Игорь встряхнул головой и, решив: как шутят шоферы, что хорошая неисправность в автомобиле себя покажет, так и настоящая забота сама проявится, зашагал по переулку вниз, к набережной.
25
Сергея Юсупова после участия в нападении на китайцев никто из группы Абдулло не беспокоил.
Он полностью погрузился в повседневные заботы, тем более что с наступлением весны торговля стройматериалами оживилась. Заказов поступало много, успевай только поворачиваться. Неленивый от природы Сергей с удовольствием разъезжал по району, доставляя заказанные товары. Деловые знакомства день ото дня расширялись, дороги очистились ото льда и снега – работай, не хочу.