– Хорошо, что не застрелил, – пошутил Игорь, усевшись на своё место.
– Такие не пулями, а кляузами стреляют, – усмехнулся Кулагин, – на любую пакость готов, чтобы выслужиться и первым рапортовать. Сам понимает, что эти двое не при делах, и никаких привязок к нашим убийствам нет, но будет землю носом рыть, только чтобы доложить о раскрытии громких преступлений. А то, что потом нам же извиняться придётся, ему по барабану.
– А что докладывать руководству будем?
– Правду, как она есть.
– Правда хороша, Андрей Иванович, когда дело раскрыто…
– Не стони, Игорь, без тебя тошно.
44
Солнечногорская история никаких последствий не имела. Кулагина дёргали для доклада наверх, но вернулся от оттуда по-прежнему бодрый и уверенный в себе. На расспросы Игоря, старавшегося выведать подробности разговора у руководства, отвечал односложно, давая понять, что подброшенная полковником Перфильевым тема с попыткой выдать автомобильных хулиганов за убийц с большой дороги закрыта, и возвращаться к ней Кулагин не намерен.
Так ничего и не узнав, Игорь вернулся на своё рабочее место, чтобы вновь и вновь читать протоколы осмотров и убеждаться, что ничто существенное им не пропущено. Но сам при этом понимал: их аналитические возможности исчерпаны. Сколько не перекладывай бумажки из папки в папку, результата это не принесёт, и прорыва не будет.
Оставалось надеяться на его величество случай, который даст толчок к раскрытию преступлений. Положение создавалось незавидное, потому что за такой счастливый случай какая-то новая жертва может заплатить жизнью. Осознавать своё бессилие в такой ситуации было мучительно. Так и казалось, что пока они здесь попусту теряют время, кто-то уже выехал на встречу с собственной смертью.
Игорь почувствовал, что ему невмоготу отсиживаться в душном кабинете, и решил пройтись по переулкам вокруг комитетского здания в расчёте на то, что на свежем воздухе его голову посетят новые мысли.
Внизу у лифтов он неожиданно нос к носу столкнулся с Мариной.
– Марина, здравствуй, – растерянно поздоровался Игорь.
– Здравствуй, Климов, – спокойно ответила Марина, как будто заранее готовая к встрече.
Уже потом, вспоминая все подробности их встречи, Игорь сообразил, что Марину в стенах следственного комитета он встретить никак не ожидал и поэтому слегка растерялся. А Марина, пришедшая в здание комитета по своим адвокатским делам, изначально допускала возможность увидеться с Игорем и была к этому внутренне готова, поэтому ничуть не смутилась.
Марину провожал к выходу какой-то паренёк в форме с лейтенантскими погонами. Наверное, такой же прикомандированный, как и он сам.
Игорь невольно пошёл рядом с Мариной, пока не решаясь заговорить. Только когда миновали проходную, Игорь неуверенно произнёс:
– Давненько не виделись.
Марина остановилась и, повернувшись лицом к Игорю, с улыбкой ответила:
– Да, уж, давненько. Скоро месяц пройдёт с момента твоего побега.
– Ты меня извини, нелепо как-то всё получилось, по-детски.
– Тут ты прав, действительно, по-детски.
– Если у тебя есть немного времени, давай где-нибудь кофе выпьем, поговорим?
– Ну, что же, можно и кофе. Ты лучше местные заведения знаешь, показывай куда идти.
Кафе с пышным названием «Восточная ночь» находилось ближе других и там с гарантированным качеством изготавливали кофе по-турецки, туда и отправились.
Можно было остаться в основном зале наверху, но Игорь предпочёл пригласить Марину в подвальный этаж, где над столиками нависали старинные кирпичные своды, и имелась возможность поговорить вдали он посторонних ушей.
Паузу в ожидании официанта прервала Марина:
– Расскажи, как ты живёшь, чем занимаешься?
– Нормально живу, работаю, как видишь. Я по-прежнему в следственной группе. Расследуем убийства на подмосковных дорогах.
– Ну и как, просвет виден?
– Да по правде говоря, пока не очень.
– Слухов-то много ходит вокруг этих убийств, один страшнее другого. А что, действительно столько народу погибло, как рассказывают?
– На сегодня уже четырнадцать трупов. И как убийц остановить, мы пока не знаем.
– Да, не позавидуешь вам. Я понимаю, какой прессинг идёт со стороны начальства. Но с другой стороны, полиция на каждом шагу, а этих гадов поймать не могут, люди на ушах стоят, ездить по вечерам боятся.
– Зацепиться пока не можем. Никто этих убийц не видел, кроме тех, кто уже никому ничего не расскажет. Ладно, хватит о печальном, расскажи, как у тебя дела?
– Живу в обычном цикле: работа, дом, работа. Как все. Вот и сегодня к вам в комитет приезжала по делу, ходатайства следователю передать. Я предпринимателя одного защищаю. Его с коллегами в неуплате налогов обвиняют. Уже второй год следствие идёт.