– Погодите, погодите, – не утерпел Кулагин, – вы считаете, что им было безразлично на кого нападать.
– Именно так, Андрей Иванович.
– Но тогда какая у них была цель, в чём же смысл нападений?
– Вот это главный вопрос. Но, думается, и на него мы сможем ответить. Смотрите, что получается. Мы сразу организовали прослушку всех абонентов интересующей нас группы. И выяснилось, что все они мигранты-гастарбайтеры. Между собой общаются по-таджикски, причём на каком-то редком местном диалекте. Мы даже не сразу подобрали переводчика. Да и то, из зафиксированных разговоров понятно далеко не всё, потому, что применяется условный язык. Один из участников этих переговоров идентифицирован по голосу, как Саидов. А это известный участник исламистской террористической организации, одним словом, активный боевик, имеющий многолетние связи на Ближнем Востоке. Он давно находится в международном розыске, а на нашу территорию проник нелегально, разумеется, под чужим именем, и себя ничем не проявлял. В телефонных разговорах его называют Абдулло, но это, скорее всего, один из псевдонимов. Сейчас мы уточняем его местонахождение. Так что смысл нападения не деньги и ценности, а сплочение и тренировка боевой группы. Причем, тренировка жёсткая, что называется, «на крови». Какова может быть конечная цель этих боевиков, мы пока не знаем. Предполагаем, что готовится террористическая атака, но где и когда неизвестно. Ну вот, в тех пределах, которые установило моё руководство, я вас проинформировал, давайте думать, как этими сведениями распорядиться.
– Любите вы, «старшие братья», туману напустить, – обиженно заявил Кулагин, – мы, как маленькие дети, ждём: вытащит дядя из кармана конфетку или нет.
– Обижаться нет причин. Одно дело делаем, только роль у каждого из нас своя, – примирительно заявил Елисеев, ничуть не смутившись.
– Наше руководство в курсе? – спросил Кулагин.
– Пока нет. Решено на этом этапе проинформировать вас двоих. По официальным каналам ещё не запускали.
– Ладно, мы будем готовы. Скажете, сколько точек нужно будет одновременно накрыть, тогда мы нужное количество следователей подготовим. Я думаю, всем понятно, что любая затяжка может стоить новых жертв?
– Конечно, все это понимают, но без детальной разведки соваться по адресам нельзя. Боевики вооружены и так просто не сдадутся. Планируется, что оперативно-техническое координирование останется за нами, а силовое обеспечение доверим спецназу полиции. Им и вся слава после победы. А на вашу долю, как всегда, процессуальное протоколирование на объекте операции, а потом официальная работа с задержанными. Завтра с утра планируется большое совещание наверху, там все детали и обсудим. Но готовность к выезду должна быть уже сегодня, если фигуранты зашевелятся. Для этого я и попросился к вам на встречу. Вы мужики серьёзные, знаем, что от вас информация растекаться не будет. Всё, тороплюсь к себе в управление, у нас там все на местах сидят в полной готовности. Ну, будем на связи.
С этими словами Елисеев вышел из кабинета, а Кулагин со вздохом потянулся включить в розетку чайник.
Полученная информация ломала все выстроенные версии. Осознавать профессиональную ошибку и Кулагину, и Климову было очень неприятно. Тем более что подобный вариант способа совершения преступления ими практически и обсуждался. Но какие-то крупицы, вроде следов в заснеженной луже или полное отсутствие каких-либо сведений о машинах убийц на автомагистралях, в общую картинку так и не сложились. Разработать близкий к действительности портрет предполагаемых преступников тоже не удалось.
– Вот тебе и банда ГТА, вот тебе патрули на дорогах и посты дорожной полиции, – с горечью сказал Кулагин, разливая новую порцию чая, – интересно, какая-такая оперативная информация была у полицейских начальников, которые нам тут про ГТА лапшу на уши вешали?