Игорь пожал плечами:
–Много времени прошло, не представляю, что можно ещё высосать?
–Это из пальца высасывают. Ты место нападения осмотрел?
–Да, сразу, кусты там сломаны, и трава помята, но предметов никаких нет. Я всё сфотографировал и описал в протоколе осмотра.
–У тебя, Игорь, как в известной песне: «Но не одна трава помята…», ладно, котельную, где она скрылась, осмотрел?
–Нет, а что там искать?
–Эх, молодо-зелено, проверить надо, действительно ли там дверь имеется и на ней запор. Подтвердить этим показания потерпевшей и свидетеля о том, что кто-то в дверь колотил, хотел следом зайти. Полицейским главного инженера предъявлял для опознания? Тоже нет? Да, что называется, наберут вашего брата по объявлению, и расследуй, кто как знает.
–Да хватит вам, Иван Иванович, мне кровь сворачивать, и так тошно! – взмолился Игорь, – обстановка была нервная на том обыске, не подумал я толком. Суетился, короче. А когда рубашку нашёл, на радостях торопился поскорее её на экспертизу загнать.
–Вот-вот, теперь понимаешь цену такой торопливости. Знаешь, когда-то давно, мы стали возмущаться, что кабинеты на двоих – на троих, пишущих машинок нет, мебель старая, стулья жёсткие, мешает это, дескать, продуктивной работе следователя. Ну, один из стариков нам тогда и выдал: «Вы сидите хоть на ящиках из-под пива, только принимайте законные и обоснованные решения». Мы тогда над ним посмеялись, а теперь я думаю, что он, в сущности-то, верно сказал. Хорошо, когда работать удобно, мягко, светло и тепло. Это правильно, современно. Но если какое-то удобство тебе не предоставили, всё равно не нарушай закон, нет у следователя такого права. Ладно, не дуйся. Соберись и действуй профессионально. Всё, топай к себе, ко мне сейчас свидетели явятся.
Игорь вернулся в свой кабинет и начал составлять план. Он немного обиделся на слова Белова, но решил действовать по его совету профессионально и впихивал предстоящую работу в свой недельный график.
39
Первым делом он запланировал осмотр котельной с участием истопника Сергеева, который оказался столь железным свидетелем, что даже Петрова и Величко его с истинного пути не сбили.
Договориться с директором котельной и предупредить Сергеева, чтобы ждал на месте, много времени не отняло. Верная «Альмера» доставила его прямо к объекту, но припарковаться пришлось на улице.
Котельная бани, как и большинство подобных сооружений в городке, выглядела так, словно война закончилась вчера. Приземистое здание из почерневшего кирпича венчала двускатная крыша, крытая волнистым шифером и усеянная многочисленными разномастными заплатками. Некоторые окна настолько заросли пылью, что стёкла утратили свою прозрачность. К стенам приливала зелёная волна лебеды, полыни и крапивы, местами высотой превышающая человеческий рост. Самым нарядным выглядел горящий на солнце синими блёстками холмик антрацита, этого спасительного для российских просторов источника энергии. Правда, так выглядели задворки, а фасад городской бани, выходящий на улицу, на которой Игорь припарковал машину, смотрелся вполне презентабельно. У входа, к которому с тротуара вела короткая аллейка из кустов сирени, даже размещались две клумбы с анютиными глазками. Вообще это заведение круглогодичного цикла пользовалось в городе уважением и посещалось активно.
Истопник, а по процессуальному статусу свидетель, Сергеев, ждал у входа в котельную. Игорь объяснил свою простую задачу: зафиксировать обстановку для проверки показаний потерпевшей и Сергеева, на что тот спокойно кивнул.
Игорь предложил рукой показать место, где он стоял в ту ночь. Сергеев занял позицию, а Игорь сфотографировал его камерой мобильного телефона, стараясь захватить в кадр побольше деталей обстановки. Потом, по просьбе Игоря, Сергеев указал, где в ту ночь стояла полуодетая потерпевшая, а потом как он запирал на засов распахивающуюся наружу дверь. Ну, что же, всё ясно и так, без фотосъёмки. Подкрепиться в доказательствах этим возможно, но самого обвиняемого это напрямую никак не изобличает. От безысходности и чувства напрасно затраченного времени, Игорь сделал вид, что его очень интересует надёжность засова, и, выйдя наружу, попросил Сергеева закрыться, как тогда, изнутри и стал дёргать за ручку двери. Засов не поддавался, значит, дверь рывком открыть невозможно.