Игорь покорно кивнул сестре, пожал руку сержанту и отправился в палату.
Приходилось починяться правилам, но чувствовал он себя терпимо, хотя левой рукой шевелить мешала острая боль.
Поковыряв невкусную кашу, поданную заботливой медсестрой на завтрак, Игорь съел бутерброд с маслом и сыром и запил всё чаем.
Когда девушка явилась, чтобы убрать посуду, Игорь искренне и благодарно улыбнулся:
– Спасибо за угощение. Меня Игорь зовут, а как Вас? А то неудобно как-то…
Медсестра улыбнулась в ответ и просто сказала:
– Екатерина, можно Катя.
–Очень приятно, Катя, будем знакомы. Скажите, а меня долго здесь продержат?
– Доктор придёт, его и спросите. Вы всё-таки должны лежать. Не надо сквозную рану бередить, а то потом греха не оберёшься. Отдыхайте.
Спорить не приходилось, и Игорь, улёгшись поукладистее, приготовился поразмышлять, но неожиданно снова уснул.
Разбудил его врачебный обход. Врач оказался не тот, что ночью делал операцию, а какой-то новый, пожилой и серьёзный. На вопросы Игоря он отвечал скупо, да и сам много не спрашивал и, поинтересовавшись пульсом и температурой, назначил кучу анализов. На главный вопрос, когда выпишут, терпеливо объяснил, что всё зависит от результатов исследований, а сейчас нужно принимать лекарства, чтобы избежать воспаления раны. На этом и расстались.
Игорь, осознав, что потребуется лежать в больнице несколько дней, решил смириться и просто отоспаться. Но уединения не получилось.
48
Перед обедом в палату заявились следователь Белов и начальник угрозыска Куницын. Они явно бодрились и старались поднять настроение Игоря, подшучивая над тем, как они сами испугались, услышав о покушении, а теперь убедились, что ситуация не критическая. Игорь старался отвечать им в тон. Все трое понимали, что произносят обычные больничные банальности, но ничего лучше люди пока не придумали.
Затем наступил этап приёма – передачи гостинцев. Белов притащил яблоки из собственного сада и специально с утра испеченный его супругой пирог. От Куницына поступил апельсиновый сок и плитка шоколада. Игорь их благодарил, уверяя, что всё ему и так дают. А что действительно бы пригодилось, так это «мыльно-рыльные» принадлежности и туалетная бумага. Куницын поклялся доехать к Игорю на квартиру и всё необходимое к вечеру доставить.
Повисла пауза. Посетители не решались задавать главные вопросы, а именно, кто и за что пытался Игоря грохнуть. А сам он, не зная, что на эту тему сказать, тоже помалкивал.
Начал Куницын, поскольку ощущал лёгкое беспокойство:
– Игорёк, ты меня извини. Это из-за меня случилось. Не успел я тебе вечером твою «Альмеру» подогнать. Пошёл ты пешком и на этих козлов нарвался.
– Да нет, Женя. Скорее ты меня этим спас. Ждали они на стоянке явно мою машину. На подъезде они увидели бы мои фары и скорее всего не дали бы из-за руля выйти. А так я для них незаметно и неожиданно появился, поэтому и успел почти до подъезда дойти.
Белов согласно покивал своей седой головой:
– Пожалуй, Игорь-то прав, – и, обращаясь к Игорю, прямо спросил, – сам, как думаешь, почему в тебя стреляли?
– Мужики, я просто ума не приложу. Конфликтов ни с кем не было и нет. Никого вроде не подставлял. Мои служебные дела вам тоже известны. Никогда мне никто не угрожал. Буду думать, времени сейчас навалом.
Куницын похлопал его по здоровой руке:
– Вот-вот, ты давай думай и витамины лопай для укрепления ума. А мы тебя пока поохраняем. Видел пост в коридоре? Уже твоих друзей журналистов выставили из отделения, а то наврут с три короба, своих версий напридумывают. Сам знаешь, такого наплетут, что не отмоешься потом.
Белов жестом остановил речи Евгения и, поднявшись, предупредил:
– Дело о покушении на тебя будут расследовать важняки из Главного следственного управления Следственного комитета, такое решение на самом верху приняли. Так что, придётся тебе много чего рассказывать, имей в виду. Кстати, Сорокин служебную машину послал за твоими родителями в Москву, после обеда встречай гостей.
Пожелав выздоровления, оба коллеги откланялись, а Игорь невольно задумался над непростым, но жизненно важным вопросом, кому же он так помешал, что за это его готовы лишить жизни?
Действительно, в такой ситуации охрана не казалась излишней мерой.
49
О прибытии родителей Игорь догадался по шуму в коридоре. Наверное, очередному постовому объясняли, кто они и зачем явились. Игорь успел спустить ноги на пол и встретил своих в сидячем положении, стремясь своим видом показать, что ничего страшного с ним не случилось.
Но такая попытка успокоить мать и отца не удалась. Войдя в палату, мать сразу заплакала, а по напряженному лицу отца Игорь с болью почувствовал, как трудно переживают родители известие о его ранении. Над головами родителей торчала бледная Борькина физиономия с явным выражением испуга и смятения.