Мать, склонив голову, выслушала сына, не прерывая. Потом подняла на него глаза:
– Даже не знаю, что тебе сказать. Конечно, за тебя мы все переживаем. Тем более на тебя такие ужасы свалились. И разлад с Ириной нас огорчает. Но жить тебе, и решать тебе. Поступай так, как считаешь нужным. Спасибо, что рассказал, объяснил. Мы примерно так и рассуждали. Не терзай себя, всё образуется. Ладно, давай спать, поздно уже.
Игорь кивнул головой, и устало улыбнулся.
51
Утром Игорь быстро побрился и нырнул в душ. Повязка сильно мешала, её нельзя было мочить. Но за дни своего ранения Игорь так приладился управляться душевой лейкой, что вся процедура много времени не заняла. Довольный собой, он отправился завтракать, а потом, войдя в комнату, увидел приготовленный матерью темный костюм и белую свежевыглаженную рубашку. Что ни говори, а удобства жизни в семье дорогого стоили. Особо это начинаешь ценить пожив самостоятельно. Нарядившись, Игорь опустил во внутренний карман пиджака служебное удостоверение, в боковой – предусмотрительно купленный матерью проездной на все виды транспорта.
На улице было солнечно, но прохладно. Редкие облачка дождя не сулили. Игорь быстрым шагом дошёл до метро и в набитом людьми вагоне отправился на «Бауманскую», откуда до Следственного комитета можно дойти пешком, или проехать три остановки на трамвае. Игорь выбрал пешее передвижение. Хотелось пройтись, продышаться. Раненая рука уже почти не беспокоила. Игорь всё ещё пользовался поддерживающей подвязкой, но, идя по вызову, решил от неё временно отказаться. Чтобы шаги не слишком отдавались болью в ране, Игорь, согнув левую руку в локте, придерживал её в этом положении, сжимая в ладони борт пиджака. Если не торопиться, то так идти можно спокойно. Времени до встречи оставалось достаточно.
Поравнявшись с высотным зданием, в котором располагались многочисленные подразделения Следственного комитета, в том числе Главное следственное управление, Игорь задрал голову и окинул взглядом, уходящие ввысь этажи. Он ни разу здесь не бывал, хотя много чего наслышался от коллег, поработавших в составе больших следственных групп. Вопреки его ожиданиям здание выглядело не слишком презентабельно, оно явно нуждалось в ремонте. Поражал и какой-то неестественный цвет облицовочной плитки. В ярких лучах осеннего солнца она была мутно-фиолетовой. С улыбкой Игорь вспомнил придуманное зубоскалами неофициальное название этого сооружения – баклажан.
От улицы прилегающую к дому территорию отделяла высокая ограда из металлических прутьев. Игорь уверенно вошёл в небольшой домик проходной и направился к турникету, который охранял закованный в бронежилет полицейский. Игорь привычным движением выудил из кармана служебное удостоверение, показал его и шагнул в проход.