— Разумеется, — несколько отрешенно согласился парень, с усилием воли заставляя себя не любоваться красотой гостьи.
— Я могу поговорить о принце с вами? О его методах… правления? – Стелла поймала взгляд Игниса, как будто сама учиняла ему допрос. Но это получилось так мягко и невинно, что обвинять ее в излишнем любопытстве не стоило бы.
Легкая складка возникла у переносицы парня. Но тут же разгладилась:
— Возможно, я смогу вам ответить на кое-что. Но не ожидайте многого, — с тяжелым выдохом, даже как-то устало согласился стратег.
Стелла благодарно улыбнулась, удобнее устроилась и спросила:
— Каким был принц в детстве? Его, наверное, многие любили? И сейчас… — запнувшись, девушка слегка покраснела.
-Вы правы, народ его любит. Есть люди, для которых он выгоден. Есть те, кто разделяет его убеждения. Встречаются даже преданные ему, как сильной личности, — не спеша, как будто обдумывая, изрек Игнис.
Когда он заканчивал свою мысль, ее перебила случайная догадка, к какому лагерю относится он.
— Что касается детства, я мало знаю, — закончил парень и поправил оправу.
— Как? Вы же давно с ним? – оторопев, Стелла даже не поверила этому человеку.
— Не так уж давно. Где-то с пятнадцати лет. Прежний король искал товарищей для нашего принца, я попал в их число, — спокойно объяснил Игнис.
Флерет вздрогнула. Эта новость была неожиданной. Возможно, Ноктис такой именно потому, что всю жизнь, все детство был одинок? Как она, брошен? А как же…
— Его мать умерла рано, так говорят, — почти равнодушно продолжил Игнис, сцепляя пальцы между собой.
От приглушенного света мониторов очки загадочно поблескивали, образую световую тень, что почти скрывала глаза.
-Почему? – выпалила принцесса и тут же зажала себе рот. Вопрос был как минимум глупый.
— Достоверно неизвестно. Некоторые считали, что она мешала двум лицам влиять на старого короля, — все так же ровно объяснял стратег, но брови у него нахмурились, — Кто-то говорил, что сам король решил сменить жену. Впрочем, замены королевы не было. Как и побочных ветвей. Старый король презирал сношения с людьми простой крови. Я имею в виду близкие сношения.
Стелла так и не убрала рук ото рта. Этот человек был ужасен. Он так легко говорил… так легко рассуждал. И это преданность? Как же… Как же так можно?
Проблема была в том, что тенебрайская принцесса вздумала сравнивать менталитет своей страны с тем, что происходило здесь. И мораль, обычаи, принципы – все было другое! Но опыта у Флерет не имелось, так что девушка думала о некоторых стилях жизни, как о чудачествах, присущих одному лишь человеку.
Принцесса не знала, что аристократия здесь требовательна к себе, зорко следит за регламентом, бесконечными правилами и соблюдением их. Она предположить не могла, что здесь правил разум людьми, а не чувства. Холодная расчетливость, жесткая политика выживания, а не общность, единство с природой и обществом, чем славилась Тенебрая. Эти две монархии были настолько различны, что только наличие королей сколько-нибудь делало их похожими.
Когда шок немного прошел, а пытливый взгляд Игниса переместился к монитору, Стелла спохватилась и вернулась к предмету разговора:
— Вы говорите, отец принца – добрый король?
Стратег в сомнении прикусил губу, что-то набрал на экране, отправил, а после опять повернулся к высокочтимой гостье:
— Верно. Политика старого короля была во многом продуманной.
— Но не так хороша, как программа принца Ноктиса? – нашлась принцесса.
Игнис усмехнулся. На миг блеснули белые зубы и тут же блеск померк:
— Программу принца составлял я. Мне сложно судить о своей работе, пока она не принесла значительных результатов, — нарочито медленно проговорил молодой советник.
Второй раз за вечер Стелла была удивлена. Оказывается, власть не совсем принадлежит Селуму. Вернее, есть сферы, где им распоряжаются, руководят. Не факт, что его милосердие – собственное решение. Может, этот человек, сидящий перед ней, приказал… в смысле, посоветовал ему? Кроме того, видно, что он постоянно исполняет какие-то функции, работает как координатор. Безвылазно сидит в этом сердце страны, заставляя живую кровь народных масс бежать по кругу, дуге или умирать стоя.
— Еще вопросы? – любезно предложил Игнис и зевнул с закрытым ртом.
— Да, конечно, — рассеянно кивнула девушка, заправив золотую прядь за ухо, когда она упала на лицо:
— Как вы думаете, пойдет ли за принцем народ? Поможет ли ему, без приказа? Почему вы уверены, что выиграете войну?
Стратег с любопытством посмотрел на девушку, пытаясь угадать, что она задумала. Но ответил почти сейчас же, будто готовил ответ.
— Народ будет стоять за свою свободу и честь. Приказы здесь не нужны. Но до них дело не дойдет. Потому что Нокту не нужна поддержка. Своими силами он может остановить вас. Только своими.
— Такой мощи нельзя не поклоняться, — только и ответила принцесса.
***
Гладиолус мрачно затачивал нож, периодически проверяя лезвие на свет. Шрам у него стал глубоким, как это случалось всегда, если мечник напряженно думал. На другом конце комнаты, в кресле, сидел Промпто, сумрачный на вид. Стоит ли говорить, что Игнис был совсем не в духе? Пришли вести от разведчиков первых группы. Остальные – погибли.
— Эти твари сделают за нас всю работу? – еще раз несколько тупо, тяжело поинтересовался блондин, с ненавистью сжимая приклад винтовки.
От ярости его трясло, но ничего поделать он не мог.
Стратег кивнул. Он сидел неподвижно за компьютерным столом, находясь в анабиозе. Молодой советник не мог придумать выхода на протяжении получаса. Какая-то ошибка, ведущая к ловушке, присутствовала во всем этом конфликте.
Дверь хлопнула. В комнату стремительно вошел принц, обвел присутствующих цепким взглядом и неприязненно заключил: