— Слушай, а Федя сейчас активен?
— Да, он в «боевом» с момента возвращения. — уже понимая к чему идет, встревожился глава охраны.
— Тогда попроси его отпинать это древнее недоразумение и посильнее. За это пообещай ему килограмма три различных карамелек, которые он выберет сам. — улыбка превратилась в оскал.
— Да, старшая! — заулыбался и ее четвероюродный племянник по линии настоящей матери, так же сбежавший от самодурства старших и решивший взять личную судьбу в свои руки.
— И да! Пусть потом выкинет его тело за порог!.. Постой! Вызови стражу и уже им сдай буйного дебошира!
Представляя эффект и общественный резонанс такого позора, оба от души рассмеялись. Да! Определенно день сегодня замечательный! Уже в спину уходящего заместителя попросила:
— Запись потом перешли Устеру. Пусть порадуется!
ГЛАВА ВОСЬМАЯ
Через непролазные кустарники густого подлеска хрипло и тяжело дыша, еле переставляя ноги пробирался сгорбленный и сильно измотанный юноша в грязном порванном охотничьем костюме. Привалившись плечом к ближайшему лесному исполину, ствол которого в обхват составлял не менее двух метров и минимум тридцать в высоту, Бубликов пытался хоть чуть-чуть прийти в себя. Усталость не могла заглушить панику и он нервно осматривался по сторонам, стараясь кого-то там обнаружить. Услышать даже и не пытался, так как понимал — собственное громкое хрипло-надсадное дыхание с легкостью заглушало все окружающие звуки.
Стоять на подкашивающихся и гудящих от усталости ногах получалось с большим трудом, а садиться даже не пытался из-за неуверенности, что вообще затем сможет самостоятельно подняться. Поэтому оставалось вот так висеть, цепляясь руками за нижние ветки и упираясь спиной в дерево. Когда уже мерещилась призрачная надежда на удачный побег от преследователя в ближайших кустах с сине-розовыми длинными листками почудилось подозрительное шевеление. Не задумываясь о том связано это с ним или нет, парень со стоном оттолкнулся от такого надежного ствола и упал справа от него. Одновременно с этим в толстую кару с чавкающим звуком вонзилось что-то блестяще-острое. Не став рассматривать, что там прилетело, высоко выпячивая задницу жертва загонной охоты шумно поползла дальше в сторону уклона и уже через пяток метров под хруст ломаемых веток и шорох осыпаемой земли скатывалась в неглубокий овраг. На самом дне наконец силы его покинули и измотанное запредельными нагрузками тело застыло безвольной куклой в нелепой позе. Буквально на секунду Бубликов потерял сознание и прейдя в себя с ужасом принялся вертеть головой по сторонам. Ничего или никого опасного не увидев, с тяжким стоном и облегчением выдохнул! Но расслабляться было рано и нужно поторапливаться! Сделав неудачную попытку подняться, опять рухнул на такую притягательно-мягкую подстилку из сухих опавших листьев. «Все! Больше не могу! Пусть приходит и добивает!» — поселилась в голове позорно-предательская мысль. Однако подозрительный шорох наверху заставил замереть в надежде не выдать себя ни движением, ни звуком.
— Друж-жо-о-ок, ты где? Давай познакомимся поближе и приятно проведем время! Я папе не расскажу-у-у! — раздался нежный весело-игривый голосок, обещающий неземное удовольствие и последующие адские муки.
«Ага, неземное. У мертвецов другого и быть не может!» — вялая мысль с неохотой пробилась через усталость и породило образы этого самого «приятного времяпрепровождения», а затем и неизбежную расплату. От ярких сцен, что с ним сделает папаша подружки, Ар-МинНата передернуло, да так, что открылось второе ды… нет, как минимум четвертое дыхание и остатки жажды жизни уговорили подскочить загнанный до предела организм. Со стоном-скрипом и хриплым подвыванием-шепотом Бубликов рванул на карачках по дну оврага в противоположную сторону от пугающе-милого девичьего голоска. Ну, как рванул. Скорее быстро пополз — это оказался весь максимум, на который он сейчас мог рассчитывать.
До спасительных кустов оставалось буквально полметра и юноша собрал всю силу воли, заставив себя принять более-менее вертикальное положение, однако сверху радостно заголосили:
— О, вот ты где, женишок! Наконец-то я тебя нашла!
От количества позитива и предвкушающее-мечтательных ноток в противно-бодром голосе загонщицы жертва взвыла дурным ревом и совершила вялую попытку сбежать, прыгнув в кусты.