— Можете не верить. Мне лично все равно.
Не успев договорить, он нырнул пухлой рукой в пакет. Отломил небольшой кусок кисло-сладкого черничного пирога, запихнул его в рот и начал показательно чавкать, строя различные гримасы. Аня и Марк к этому моменту почти разделались со своей едой и думали, чем бы заняться.
— Может, посмотрим кукольный театр у старика Фишера? Я помню, раньше это было интересно.
— Да ладно, Марк?!? А ты когда в последний раз его смотрел? Лет десять назад? — сказала Аня явно забавляясь.
— Ну не десять, но давненько.
— Так вот, сейчас этот театр выглядит как пестрящая размалеванными куклами детская забава.
— А ты ведь уже не маленькая. — саркастически подметил Марк.
— Да, и потому мы идем или в кривой зал, или в дом ужасов, или вообще на поездах покатаемся. Айзек, ты куда хочешь?
— Да, мне вообще все равно. Я-то с вами не пойду, ты забыла…
— На тебе, мелкие. Я все помню.
— Да! Так что хватит меня задерживать! Увидимся завтра. Как домой вернусь — отпишу в группу.
И высокая нескладная фигура поковыляла, держа два пакета в сторону колеса. Не успев исчезнуть из вида, Аня и Марк увидели, как к нему подбегают два маленьких силуэта и заглядывают в пакеты. Он попытался поднять их над головой, но детские капризы взяли над ним верх, и вскоре дети убежали, шурша пакетами в руках. Айзек стоял несколько секунд и высказывал все недовольство произошедшей ситуации самому себе, после чего пошел в ту же сторону, где скрылись малыши.
— Кажется, я знаю, что он нам сегодня напишет. — сказал Марк.
— Я уже в предвкушении. Ну так что?
— Что?
— Так куда мы идем?
— Я не знаю, а ты куда хочешь?
— Может, на поезда?
— Ну давай.
Аттракцион с поездами находился в другом конце парка, они потратили около пятнадцати минут, чтобы дойти. Но, столкнувшись с табличкой «Временно не работает», вынуждены были поменять свои планы. Самым логичным им показало пойти в дом ужасов, так как он находился неподалеку, в отличие от кривого зала. В этот раз Марк заплатил за билеты, и они стали ждать, пока предыдущая группа участников выйдет из дома. За это время к ним подошел молодой парень лет двадцати двух, в джинсах, черной футболке и дешевой маске. Он протараторил усталым голосом давно заученные слова:
— Не бегаем. Декорации не трогаем. Телефоном не светим. Если станет плохо — кричите стоп.
Снаружи дом ужасов выглядел, если не нелепо, то во всяком случае подчеркнуто комично. Криво нарисованный череп, тусклая гирлянда и надпись «Дом Ужасов» с потухшей буквой «с». Вот что украшало вход в место, которое должно преобразовывать радость в первобытный страх.
— Это действительно ужасно.
Сказала с улыбкой Аня, кивнув на окно, в котором виднелась пластмассовая голова с давно иссохшей красной краской. В этот момент из дома стали доноситься вопли вперемешку с смехом, и дверь резко открылась. На улицу высыпалась весело настроенная толпа. Удаляясь, они громко обсуждали то, что происходило минуту назад по ту сторону стен.
— Правила запомнили? — зевая спросил оператор.
После того как Марк и Аня дали положительный ответ, он открыл дверь, и через секунду они оказались внутри. Дверь с шумом захлопнулась, и эхом раздался щелчок. В нос сразу ударил затхлый запах сырости и прогнивших досок. Внутри все оказалось не так, как представлялось снаружи. На стенах по-прежнему висели нелепые декорации: фальшивые цепи и черепа, ржавые мечи, всякого рода потрескавшиеся маски с клыками и, конечно, веревочные куклы. Но тревогу вызывали не они, а узкие, тускло освещенные коридоры, которые извивались в разные стороны. Молчаливая тишина громко звенела по всему дому, ее нарушало лишь участившееся дыхание и треск досок под ногами.
— Куда пойдем? — спросила Аня, оглянувшись на Марка.
— Не знаю. Пойдем прямо.
К своему удивлению, Марк сказал это полушепотом, и потому во весь голос прибавил:
— Да, пойдем прямо, какая вообще разница, тут же везде одно и то же.
Он вошел в узкий проход и быстро зашагал вдоль стен, так что Аня едва за ним поспевала. Пока две фигуры шли темными коридорами, у них невольно появлялись смутные, неясные ощущения. Чувство тревоги заползло в их сознание, когда за очередным резким поворотом слух отчетливо уловил, как позади того места, которое они прошли ранее, заскрипели доски пола. Несколько секунд они стояли в оцепенении, прислушиваясь к тишине, пока Марк шепотом не сказал: