Он резко всучил тонкую мягкую книжку Марку, который сразу потянулся за телефоном, чтобы расплатиться.
— Ну-ну-ну-ну, это старье, я тебе просто дарю. У меня-то она зачахнет, как очередная никому не нужная вещица. А так глядишь и пригодится к чему-нибудь. Ну все! Шагай! А то у меня обед стынет.
Он взял вкусно пахнущий пакет с прилавка и уставился пожирающим взглядом на ватрушки. Они выглядели так аппетитно, что ему даже пришлось сглотнуть слюну. К этому моменту Марк уже со всех ног устремился домой, срезая путь через всевозможные улочки. Перспектива оставаться на раскаленной улице виделась ему удручающей, но главной причиной спешки было разгорающееся ежеминутно желание утолить голод любопытства. Так что очень скоро он уже сидел за письменным столом у себя в комнате, пока маленький настольный вентилятор разгонял прохладные воздушные струи по его лицу. Просмотрев учебники и аккуратно поставив их на прибитую над столом полку, руки с жадностью вцепились в основной предмет интереса.
Это была очень тоненькая и местами изодранная книжонка, больше напоминающая тетрадь. На тряпичной обложке было написано красным курсивом «О Венн..ти». Открыв ее, Марк убедился в том, что мистер Спенсер был прав: найти автора у него не получится. От выцветших и пожелтевших страниц в нос ударил сладковатый запах сухого дерева и пыли. Ему даже пришлось плевать на пальцы, чтобы перевернуть плотно слипшиеся страницы, которые из-за древности словно вплелись друг в друга. К своему разочарованию он обнаружил, что все страницы были практически начисто стерты временем, а некоторые попросту вырваны, так что на полях остались только неровные, желтые кусочки. Первая надпись, которую он смог более-менее разобрать, была практически в конце книги.
«Ягоды и фрукты, все это стоит только для нас. Похоже, остальные не обратили внимания, но от меня это не ускользнуло. Никто из них и пальцем не прикоснулся к тому, что лежит в корзинах. Когда я попытался … (сильные потертости) … Перешли через неглубокую реку вброд … Солнце клонится к закату…(стерто)...
Они готовятся посвятить нас в таинства какого-то ритуала, Грегори говорит, что уже видел его и был под сильным впечатлением…(страница вырвана)...
Ждем ночи… 23:52… Мне принесли их одежду, думаю, что буду выглядеть в ней нелепо. Хотя нет, не все так плохо, как мне показалось. Не знаю, что еще написать. Просто жду. 00(цифры стерты) Только что постучали, пора идти, как вернусь, опишу все в подробностях или в…»
На этом заканчивалась книга, которая оказалась чьим-то походным дневником. Ничего ценного он не рассказал и только раззадорил любопытство Марка еще сильнее. Так что он несколько часов провел в абсолютной тишине, пытаясь выжать из туманного текста капли информации, которая могла бы утолить жажду знания. К пяти часам вечера он почувствовал, как завибрировал телефон в кармане.
— Ты че весь день молчишь? Мы в группу и тебе в личку писали.
— Да я весь день занят был, сначала ключи искал, потом к мистеру Спенсеру ходил.
— Аааа, понятно. Мы к поездам идем, ты как?
— Я через час подойду.
— Мы на старых тебя подождем.
— Ладно.
С одной стороны Марку хотелось подольше посидеть над текстом, а с другой, ему после стольких часов, проведенных в безуспешных попытках, необходимо было развеять мысли. Так что он еще полчаса ломал голову, вглядываясь в обрывки фраз, но скорее это было сделано из внутреннего каприза, чем из надежды что-либо найти. Потом, свернув дневник, он наскоро перекусил парой приготовленных мамой сэндвичей и, взяв ее ключ, вышел из дома.
Глава 10
Солнце еще только направилось в сторону заката, но лучи его уже приобрели красные оттенки, а небо разбавили холодные краски. Люди, днем спасавшиеся в прохладной тени домов, теперь все чаще появлялись на улице. Их голоса так стремительно заполняли окружающее пространство, что ближе к сумеркам в городе нельзя было найти ни одного места, куда бы не доносились их отголоски. Но место, куда направлялся Марк, находилось за городом. Это была старая железнодорожная станция, заброшенная в тот момент, когда по стране стали претворять в действие новый логистический план. Поезда стояли угрюмо и неподвижно, пока их тела гнулись и покрывались желтой ржавчиной. Многие из них оторвались от рельс и, прижавшись к земле, ползли в сторону города, словно надеясь спастись от постигнувшей участи. На месте этого железного кладбища редко появлялась нога человека, но когда чьи-то шаги нарушали его тишину, то, как правило, это была компания юных мечтателей. Что неудивительно, ведь такие места часто привлекают людей, чье сердце дышит духом приключений. Возможно, поэтому оно стало излюбленным местом для вечерних встреч у местной молодежи. Когда Марк подходил к станции, он уже слышал знакомые голоса, которые о чем-то спорили на всю округу.