— Ну и че тогда стоим?
Спросил Айзек и первым шагнул на тоненькую выложенную белой плиткой дорожку между кустами. Вскоре к нему присоединились остальные, и они двигались вперед сквозь окружающую их тень, где каждое дерево таило неясную опасность. Марк почувствовал нарастающую тревогу, но не из-за того, куда они направлялись, а когда понял, какую тишину излучала роща. За все время, пока они шли, он не услышал ни крика птицы, ни возни ночных грызунов, ни единого шороха в кустах, даже ветра, колыхающего верхушки деревьев, и того не было. Одним словом — ничего.
Молчание рощи давило на него сильнее, чем причина, по которой он в нее попал. От уверенности, с которой он входил под густую крону деревьев, осталось лишь показное безразличие, которое ему с трудом удавалось сохранять. Чем глубже они погружались в темнеющую гущу, тем сильнее он тонул в удушливых объятиях страха. Ему все чаще хотелось сказать Айзеку, который временами беспокойно оборачивался, что он хочет вернуться назад. Но каждый раз, когда для этого представлялся удобный момент, он встречал неясное и непреодолимое внутреннее чувство, которое сжимало голосовые связки. Тогда он переводил взгляд на Аню, которая не спеша шла рядом и с нескрываемым любопытством осматривалась. В какой-то момент он даже услышал от нее:
— Красиво, да?
Указательным пальцем левой руки она направила взгляд Марка на невысокое изогнутое дерево. Оно было полностью усыпано желтой листвой, которая в лучах ближайшего фонаря приобретала мягкий красноватый оттенок. Удивленный таким странным наблюдением, Марк промычал «угу» и, кивнув головой ускорил шаг догоняя Айзека. Дорожка заканчивалась ветвистой аркой, естественно сплетенной из двух низких деревьев. При приближении к ней в нос ударил резкий зловонный запах, от которого приходилось закрывать нос рукой. Но то, что следом увидели глаза, ни с чем не шло в сравнение. Деревья, некогда наполненные соком, с помощью которого они заботливо свили арку, теперь заживо гнили. Их изъеденные корни вылезли наружу и были покрыты вязкой, тягучей массой, которая ползла по ним к самому основанию. Сильно треснувшие стволы обнажали свои иссохшие внутренности в тех местах, где порвалась кора, оберегающая их многие годы. Перед ними, на небольшом расстоянии, стоял, не двигаясь, Айзек, когда Марк и Аня к нему подошли.
— Как же тут воняет. Может, все-таки вернемся и обойдем? — прикрывая нос рукой, прогнусавил Марк.
— Да. Тут я согласна. Это омерзительно.
Айзек, ничего не ответив, по-прежнему стоял не двигаясь и словно не дыша. Глаза его были настолько прикованы к одному из деревьев, что он не двинулся даже когда Аня толкнула его в плечо.
— Да что с тобой?
— Справа. — едва разжимая губы, прошептал Айзек.
— Что?
Айзек медленно отвел стеклянный взгляд с дерева и посмотрел в глаза Марка, а затем снова на дерево.
— Справа… в самом низу.
Снова прошептал он, и глаза еще больше округлились, а брови слегка поднялись. Его лицо, которое около часа назад выражало злую решительность, теперь напоминало портрет из бессвязных ощущений. Марк стал слегка прищурившись вглядываться в то место, про которое говорил Айзек. У правого дерева в том месте, где ствол врастает в землю, висел изодранный кусок коры, а под ним… У Марка на секунду зазвенело в ушах от электрического импульса, который пробежал по всему телу мурашками. Там выглядывал кусочек белой ткани и голая нога, ступня которой была направлена в их сторону. Он воткнул в то место точно такой же взгляд, что и Айзек, не в силах пошевелиться.
От появившейся сильной дрожи у него, не попадая один на другой, стали стучать зубы. Мягкая рука, взявшая его за ладонь, потянула назад, и он медленно попятился спиной, не отрывая взгляда. Боковым зрением он видел, что Айзека точно так же притягивает к себе вторая рука Ани. В тот момент, когда они отошли от прежнего места на небольшое расстояние, нога двинулась и исчезла за стволом дерева. Если ранее они могли видеть предмет своего страха, то теперь он превратился в застывшую картинку, которая отпечаталась в памяти. Неподвижные оцепеневшие глаза теперь стремительно бегали по каждому дереву и кусту, до которых могли дотянуться в поисках нужного образа. Марк стал бесцельно ходить из стороны в сторону, пытаясь отогнать нахлынувший на него ужас. В то время как Айзек судорожно вертелся на месте, издавая носом громкое фырканье. При каждом повороте его руки, потерявшие всякий контроль, болтались из стороны в сторону.