— Пойдемте назад. — сказала Аня дрожащим голосом. — Тут фонарь… недалеко.
— Нужно бежать… нужно бежать… нам нужно бежать… — заладил повторять Айзек, искривив лицо.
— Дойти до фонаря неплохая…
Марк, не закончив, быстрым шагом дернулся назад, таща под локоть Айзека, голова которого вертелась с несвойственной для человека скоростью. Они остановились под тем самым фонарем, который находился рядом с деревом красноватого оттенка. Тусклый свет медленно заползал в сгущающийся мрак, очерчивая таким образом контуры того, что в нем таится.
— Что делать… что делать? — повторял Айзек.
— Успокойся! Ничего не произошло. Просто пойдем назад.
— Ты же видел? Да?
— Ну кто-то стоял за деревом и что?
— Не ври мне… ты все понял…
— Мы сейчас просто вернемся к дороге и пойдем домой. — мягко сказала Аня.
— Мы уже никуда не вернемся. — с раздражением прошипел Айзек. — Думаешь, они выпустят нас?
— Мы видели кого-то за деревом. Да, это странно, но возможно, он уже ушел из рощи. А ты тут стоишь и разгоняешь.
— Кого-то, Марк? Кого-то? Ты сам знаешь, кого мы там видели!
— Хорошо, мы видели одного из них и просто ушли. Вот что произошло.
— Куда мы ушли? Оглянись вокруг! Мы все еще тут, а они тут всегда!
Марк хотел было начать спор, но его мысль застыла. Едва слышимый шорох листвы прозвучал из темноты, как раз оттуда, где, раскинув свои ветви, стояло дерево, так понравившееся Ане. Тишина повисла в воздухе, превращая его в натянутую струну, которая может лопнуть в любой момент. Марк хотел сказать, что им лучше бы поспешить обратно, но не смог разомкнуть пересохшие губы. Сейчас его мысли бились в такой истерике, что засосало под лопаткой и появилось чувство тошноты. Он уже бросил любые рациональные попытки найти объяснение сложившейся ситуации. Теперь ему хотелось одного — как можно скорее вернуться к дороге и оказаться дома. Краем глаза он заметила, как Аня начала медленно пятиться назад, отстраняясь от объекта своего недавнего воздыхания. Но она делала это с такой сосредоточенностью на нем, что упустила момент, когда стала покидать круг света.
Как только ее нога заступила за освещаемый край в крадущуюся темноту, фонарь замигал. Яркие блики разносились по всей округе и бились в таком же ритме, что и сердце Марка. Он тяжело дыша и приоткрыв рот, во все глаза смотрел на блекнущий свет. Айзек, с видом человека, который вот-вот расплачется, начал дышать с всхлипами. И чем сильнее мигал фонарь, тем громче он их издавал. Но в момент, когда свет фонаря, словно в последнем крике, ярко зажегся и начал медленно затухать, Айзек затих. Задержав дыхание, он с трудом переживал каждую секунду, наблюдая за тем, как свет таял у него на глазах. Видимый круг медленно сужался в сторону железного столба, пока не превратился в красную искру, погасшую в лампочке. Темнота, протягивающая свои ледяные руки к свету, теперь зажала их в свои крепкие тиски. Тишина пульсировала по вискам Марка, пока он пытался разглядеть контуры едва различимого дерева. Но через пару секунд гнетущее молчание стало настолько давящим, что ему показалось, будто он слышит, как по венам течет кровь. И в этот момент абсолютной тишины, с той стороны, где раньше находилось дерево, послышался звук, который навсегда оставил несмываемый след в памяти у каждого из присутствующих.
— Немогу.
Прозвучало протяжным шепотом. Фигура потонувшего в темноте дерева стала шевелиться, как будто вдоль него ползла ветка. На этом моменте Айзек, как будто на секунду вернув самообладание, сунул руку в карман и достал телефон. Яркая вспышка прожгла чернеющую мглу и ударила в ствол дерева. После чего Айзек потянул громкий жалостливый всхлип. Бледная худая рука, по которой извивались синие вены, приобняв дерево, вцепилась ногтями в его кору. Позади нее выглядывала половина белого лица и широко раскрытый, пожирающий черный глаз. Громкий визг разнесся по округе. В глазах у Марка перемешались все возникающие образы. Легкие, пронизываемые ледяным ночным воздухом, покалывали и наливались тяжестью, так что каждый новый глоток звучал с хрипом.
В ногах он чувствовал жжение, а в момент, когда они выбежали на дорогу, и вовсе онемели. Вероятно, это было одна из причин, по которой он не заметил ехавшую машину. Звук стирающихся шин прозвучал так резко, что он только успел прижать руки к груди. К счастью, удара не последовало, но вместо этого машина боднула его по ногам так, что он, изогнувшись всем телом, ударился лицом об капот. Красные капли растекались тонкими струйками по его поверхности, когда Марк попытался выровняться. Но от сильного головокружения его вырвало на дорогу, и он едва не потерял сознание, когда перед глазами забегали мушки. Водитель сразу же выбежал из машины и пытался помочь Ане с Айзеком усадить Марка в машину. При этом он все время приговаривал разочарованным тоном: