— Раз неплохая, тогда и вам рекомендую че-нибудь такое взять.
— Пас. — отрезала Аня.
— А я подумаю.
— Ну ладно тогда, расход. Встретимся на парковке.
Марк погрузился в раздумье после того, как поставил телефон на зарядку. Он знал, где уже много лет пылится старый охотничий нож отца. Но в то же время осознавал, что ни при каких обстоятельствах им не воспользуется. Так что, если они повстречают кого-то из Веннокти, все закончится очередным бегством. Стоит ли брать его исключительно для какого-то мнимого внутреннего успокоения? Вот вопрос, над которым он размышлял, когда постучалась мама.
— Я слышала, что ты проснулся.
— Да, встал минут десять назад.
— Обедать будешь?
— Хотелось бы и вроде успеваю.
— В каком смысле успеваешь?
— Да, Аня позвала погулять.
По лицу Сары проскользнула незаметная ухмылка и задержалась на кончиках губ. Она слегка наклонила голову набок и оперлась рукой на дверь.
— Знаешь, если бы я не знала тебя слишком хорошо, то даже могла бы подумать, что у вас свидание. Но вы же будете не вдвоем? Айзек ведь тоже там будет. — она еще раз ухмыльнулась. — Скажи честно, что вы на этот раз удумали?
— Пойдем в рощу, пока светло, и найдем мой дневник. Кстати, будет не только Айзек, Арни и Колин тоже с нами поедут.
— И во сколько ты вернешься?
— Не знаю, ма, думаю ближе к восьми.
— Тогда пообедай. — произнесла она, выходя из комнаты.
К удивлению Марка, она не стала его отговаривать или настаивать на том, чтобы он остался дома. Но довольно скоро это удивление выветрилось из головы, которую снова заполнили размышления об охотничьем ноже. Спустившись вниз, чтобы пообедать, он на пару секунд задержался у двери под лестницей. В чулане давно складировались вещи, которым мама давала одно и то же название: «а вдруг когда-нибудь пригодится». Рука невольно потянулась и открыла дверь. Перед глазами высыпались пыльные груды ненужного хлама, который, вероятно, должен быть аккуратно сложен и расставлен по полкам. На полу, прижавшись друг к другу, стояли два чемодана, с которых давно слезла краска, так что цвет разобрать было невозможно. Здесь же валялся разобранный пылесос, отдельные части которого Марк не нашел. Рядом стояли изодранные временем коробки, забитые книгами, а сверху на них были сложены стопки газет и журналов. Полки, прибитые к стенам, были устланы банками с самым разнообразным содержанием. Некоторые были до краев забиты гвоздями и шурупами, в других давно гнили семена неизвестных растений, в третьих на самом дне лежали мотки веревки.
Марк аккуратно подобрал с пола старую шахматную доску и стал ее осматривать, копошась в давних воспоминаниях, когда они с отцом проводили летние вечера, изучая ловушки ферзевого гамбита и защиту Каро-Канн. Открыв доску, он достал потрепанные кожаные ножны, но когда он потянул за рукоять, лезвие, как и прежде, порезало блеском глаза. Отцу подарили нож много лет назад на рыбалке, и тем же вечером он едва не отрезал себе палец. Порез был настолько глубоким, что пришлось накладывать швы. Тогда же мама настояла, чтобы «этой чертовой штуки» в доме больше не было, но отец отказывался под предлогом подарка, и они нашли компромисс. С тех самых пор нож не покидал чулана ни на секунду. Глаза Марка проскользили вдоль лезвия к основанию, и он не колеблясь ни секунды спрятал его обратно.
«О чем я вообще так думаю» — пронеслось у Марка в голове.
Он поставил шахматную доску обратно и, закрыв дверь, пошел обедать. Сегодня мама превзошла все ожидания. Стеклянный противень стоял на столе, а из него доносился громкий запах специй и запеченного мяса с картошкой и овощами. Зачерпнув лопаткой хрустящую корочку, Марк наложил себе полную тарелку, и очень скоро ее содержимое растаяло у него во рту, оставляя приятное острое послевкусие. До встречи на парковке оставалось сорок минут, когда он, переодевшись, вышел из дома.
Глава 17
Чем ниже опускалось солнце, тем сильнее небо принималось к земле. До ушей не доносились звуки, наполненные живительным весельем, не было и голосов, звучащих любопытным тоном. Сегодня улицы были наполнены уставшими лицами, которые возвращались домой после работы. Волоча ноги, они словно из ниоткуда всплывали посреди дороги. Их безжизненные глаза бродили вдоль витрин, надеясь найти, если не развлечение, то хотя бы то, что займет их вялотекущие мысли. Так что фигура Марка, которая энергично, чуть ли не подпрыгивая, летела по улице, привлекала к себе внимание. Школа была совсем рядом, всего в десяти минутах ходьбы. Но не боязнь опоздать двигала Марка, это было совершенно иное чувство, которое появляется в те моменты, когда человек ощущает, что вот-вот узнает давно скрытую от него тайну. Приближаясь к парковке, он увидел, что там стоял припаркованным пикап металлического цвета. Возле уже стояли все исполнители грядущего события.