— С каким пор нужно разрешение, чтобы по лесу гулять? — еще шире растянув улыбку, допрашивал старик.
— Разрешения не нужно, но не хотелось бы стать помехой рабочим. Пойдемте, — обратился Колин к ребятам.
— А чем вас так заинтересовало поселение?
— Просто любопытно.
— К чему тогда идти под покровом ночи?
— Ларсон, я завтра уезжаю из Бренвуда, и сегодня у меня единственный шанс его увидеть.
— Мистер Ларсон. — поправил его старик, облизнув сухие, запекшиеся губы. — Неужто любопытство столь велико?
— Да. Я никогда не видел изолированных общин.
— Бренвуд сам по себе как большая изолированная община, ты же поэтому отсюда укатил. — нагло усмехаясь злобной улыбкой, прохрипел старик.
— Пойдемте отсюда. — резко развернувшись, сказал Колин, и голос его прозвучал резче, чем обычно.
— Какого черта это было?!? — возмутился Айзек на улице, обращаясь к Арни.
— Яя… не знаю… просто мне это показалось хорошей идеей. Потому что я всю дорогу думал, как мы будем там в темноте… и мне стало не по себе… так что когда ты сказал… и я просто спросил. — промямлил тот в ответ.
— Да ты нас с потрохами сдал мерзкому Ларсону!
— Да ладно тебе, Айзек, — вмешался Марк, — он все равно никому не расскажет. И вообще чей это план был сюда ехать? Могли же в другом месте купить.
— Так я именно сюда и хотел! К кому мы еще могли пойти в такой ситуации? Ларсон ни с кем не общается и ничего бы не стал спрашивать, если бы не он. — Айзек ткнул пальцем в Арни.
— Простите, ребят… меня поплавило немного.
— Забудьте. А ты, Арни, прежде чем что-то такое спрашивать, посоветуйся с нами. — сказал Колин. — Тааак, давайте уже поедем. Темнеет быстро.
И действительно, багровое небо чернело на глазах. Только с запада все еще растекались по небу светлые длинные полоски. Сев в машину, Арни с задумчивым лицом прижался к окну и больше не оборачивался. В то же время Айзек достал биту из кузова и поставил возле своих ног, одна из которых ритмично подергивалась. Марк, Аня и Колин иногда перебрасывались незначимыми для дела, но необходимыми для них фразами. Каждый понимал бессмысленность того, о чем они говорят, но это отвлекало от нарастающего напряжения при приближении к цели.
Очертания леса давно чернели в лобовом стекле, но не было ощущения, что машина к нему приближается. Из-за чего момент, когда они оказались совсем рядом, стал неприятной неожиданностью. Где-то в темных уголках своих желаний каждый из них как мог оттягивал этот миг, но теперь столкнулся с ним лицом к лицу. Колин, выключив фары, свернул на узенькую проселочную дорогу, которая проходила вдоль леса. Проехав на свой страх и риск около минуты в едва видимой темноте, он остановился. Теперь им предстояло вернуться пешком к тому месту, где развернулась лесопилка, найти там столовую и от нее направиться прямо в лес.
— Арни, ты чего застрял? — спросил Колин, когда все остальные вышли из машины.
— Да… выхожу. — ответил тот, очнувшись.
— Я че подумал, — сказал Айзек. — Может, наоборот сделаем? Ну типо пойдем по краю леса, и где напротив него мы увидим столовую, там и зайдем.
— Отличная мысль, Айзек. — с удивлением произнесла Аня. — Странно, что мы об этом раньше не подумали.
Озвученная казалось бы простая идея впервые пришла в голову каждому и сразу же была принята. Захватив каждый по фонарю, они отправились вдоль опушки леса, вглядываясь в его темнеющие внутренности. Вскоре напротив леса стали появляться хорошо освещенные площадки и склады. Колин, который шел впереди, помахал рукой, призывая остановиться. Возле некоторых из них сновали сонные рабочие и несколько сторожей, которых отличали только перекинутые через плечо винтовки. Их неразборчивые голоса доносились до опушки, так что ребята в случае их обнаружения, могли уловить изменения в интонации. Но пока было слышно как один охранник с беззаботным голос что-то рассказывает другому, отвечающему еще менее заинтересованным тоном.
— Че будем делать если увидят? — нервно прошептал Айзек.
— Не увидят, оглянись какая темнота, — спокойно заключил Колин.
— Ну все-таки?
— Варианта два…назад или в лес.
— Назад не успеем, вдруг еще стрелять начнут.
— Остается лес.
— Они машину тогда найдут, — вставил Марк.