Чем глубже Колин заводил их в лес, тем скорее таяло ощущение душевного спокойствия. Воздух становился тяжелее, не желая наполнять легкие незванных гостей, так что вдыхать приходилось глубоко ртом.
Выдержать такие превратности нерадивой природы способен только человек, обладающий неистощимым терпением и привычкой к долгим ожиданиям. Среди тех, кто сейчас шатался в лесной чаще таких не было. Новый шаг в сгущающийся мрак сопровождался безотчетным первобытным желанием со всех ног устремиться назад. В такие минуты просыпаются не осмысленные механизмы, которые пытаются разглядеть признаки надвигающегося безумия. Кажется, что вот-вот из впереди смотрящей темноты услышится далекое, привычное эхо птицы или зверя, но оттуда кричит тишина. И каждому из блуждающих по лесу чувствовалось что-то жуткое в ее звучании. Если долго слушать не шепот, то с течением времени из ближайшей чернеющей фигуры порождаются безобидные причуды. Разглядев в них куст, беспокойство отступает, создавая мнимую уверенность, больше похожую на беспокойную надежду, что и следующая фигура при приближении окажется ветвистым растением. Можно долго играть в эту игру, настолько долго, что упустить момент, когда воображение и реальность сольются в единый неразрывный поток, который смоет любые представления настоящего.
Марк, который шел сразу после Айзека, сохранял исключительно видимое спокойствие, в отличие от Арни позади. Тот трясся и скулил от любой тени, очертания которой он не мог превратить в какой-нибудь знакомый предмет. Его поведение крайне нервировало и без того натянутого как струна Айзека, взглянув на лицо которого, можно было догадаться, что он вот-вот взорвется. Только Колин и Аня по-прежнему не подверглись той степени тревоги, когда раздражение вызывает любая реакция, которая обнажает собственные страхи.
— Кто-нибудь понимает, куда мы идем?!? — крикнул Айзек.
— Чего ты разорался?!? Нас же могут услышать. — возмутилась Аня.
— Да кто нас тут услышит?!? Мы в чертовой глуши, куда даже люди не заходят! — снова крикнул он. — Колин, где мы?
— Думаю, нам нужно это обсудить. — сказал Марк, после того как Колин не ответил на вопрос. — В целом мы не так далеко ушли, так что всегда можно вернуться.
— Ребят… прошу вас… давайте вернемся. Мы же понятия не имеем, куда идти. Мы тут потеряемся. Нас потом не найдут. — прохныкал Арни.
— Как ты достал скулить, это уже просто невозможно слушать. — огрызнулся Айзек.
— А ты… ты то что?!? Я… я же вижу, как ты дрожишь от каждой тени.
— Это меня трясет от каждого твоего плаксивого вздоха! Надо было оставить его в машине или пусть валит обратно.
— Вы слышите?
Впервые за все время, среди гнетущей глуши, послышался тихий плавно звенящий звук. Он был обрывистым, но настолько безмятежным, что услышавший его Марк ощутил неожиданное спокойствие.
— Это вода? — спросила Аня.
— Да. Похоже, здесь же где-то протекает… — не договорил Колин.
В этот момент Марк вспомнил записи из пустого дневника, где украдкой упоминалась…
— Река! — перебил его Марк. — Помните дневник, который мне дал мистер Спенсер? Там было про реку, нам нужно к ней. Поселение должно быть неподалеку.
— Ну хоть одна приятная новость. — съязвил Айзек.
Марк его уже не слышал, быстрыми шагами направившись в сторону реки. Прокладывая себе дорогу плотным лучом света, он с каждой секундой слышал приближающееся журчание. Вскоре вдох надул легкие приятным прохладным воздухом. Река, к которой первым вышел Марк, а следом все остальные, бурлила под плотным каркасом из веток. Они стояли на узком берегу, который был немного шире, чем русло, наполненное стремительно бегущей водой с вращающимися то тут, то там воронками. Глядя в воду, у Марка пронеслась непонятно откуда взявшаяся мысль: «море мрака». И только после этого, присмотревшись, его глазам открылось, что водная ширь была изрубцованна тысячью мелких струек, вырастающих из земли противоположного берега. В местах, где бурный поток перерезали струйки, вода, вздыбившись в неистовых судорогах, шипела и бурлила, превращаясь в воронки.
— Нам на ту сторону.
— Ты уверен? — холодно спросил Колин.
— В дневнике так написано.
— Яяяя… не стану… никуда я не пойду.
— Значит останешься тут один, чертов плакса! — озлобился Айзек.
— Заткнись! — внезапно вставила Аня. — Меня ты раздражаешь гораздо больше! Может, пойдешь первым? Только биту свою не забудь!