— Это ведь ты, Кларенс? — я фыркнула, решив вбить его клыки в его горло. — Думал, мы облегчим вам задачу?
Он выпучил глаза, но они вспыхнули при упоминании его имени. Он попытался сжать зубы и вырвать кусок моей плоти, но я ударила его кулаком в бок. Он отпустил мою руку.
Завизжали шины. Ещё один Мазикин приземлился мне на спину.
— Глупая девчонка, — прошипел Кларенс, когда его друг начал стягивать меня. — Теперь ты наша. Сил будет в восторге от того, что я поймал тебя.
Мазикин сверху схватил меня за волосы, но тут же взвизгнул и дёрнулся, когда что-то ударило его с такой силой, что хрустнула кость. Глаза Кларенса расширились, когда он посмотрел поверх моего плеча.
Я вскочила на ноги и повернулась, готовая встретить любую новую угрозу на своём пути, но увидела Йена, стоящего между мной и другими Мазикиными, которые обходили его внедорожник, но выглядели крайне настороженно.
Йен держал бейсбольную биту, размахивая ею с угрожающей точностью. Мазикин, прыгнувший мне на спину, стал его первой жертвой, и теперь стонал у моих ног.
Мгновенную тишину прорезал вой сирены. Кларенс крикнул остальным. Как будто их объединяло одно сознание, орда Мазикинов, некоторые из которых истекали кровью и хромали, бросились на четвереньки и побежали к дальней стороне стоянки.
— Нам нужно выбираться отсюда, — сказал Йен, схватив меня за руку.
Он бросил биту в открытую заднюю дверцу своего внедорожника и помог мне сесть следом. Он запрыгнул на водительское сиденье. Двигатель уже работал.
Но вместо того, чтобы рвануть с места, он спокойно включил передачу и медленно выехал со стоянки. Я пригнулась, когда мы проезжали мимо любопытных прохожих, но поняла, что когда он применил свою биту, мы были спрятаны за внедорожником. Если они что-то и видели, так это меня, убегающую от кучки четвероногих уродов.
— Окна тонированные, — сказал Йен, всё ещё немного запыхавшись. — Тебе не нужно прятаться.
Я выпрямилась и выглянула в окно. В дальнем конце стоянки старый синий фургон резко вывернул со своего места, перескочил через бордюр и проехал по тротуару, едва не задев парочку, шедшую рука об руку. Под звуки, по меньшей мере, дюжины автомобильных гудков фургон влился в поток машин, резко свернул и почти мгновенно скрылся из виду.
Йен выбрал более хитрый подход. Он подъехал к главному выходу, не пропуская ни одного сигнала поворота, замедляясь на каждом лежачем полицейском и останавливаясь на жёлтый свет. Он свернул на дорогу и аккуратно прибавил скорость ровно на пять миль сверх положенной. Я смотрела в заднее окно. Мимо нас на стоянку кинотеатра пронеслись две полицейские машины, но было уже поздно что-либо предпринимать, кроме как собирать показания. К счастью, Мазикины устроили большое представление. Мы явно были самыми непримечательными из них.
Моё искалеченное предплечье пульсировало, и я стиснула зубы.
— Спасибо, что спас меня.
Услышав мой голос, он заглянул на заднее сиденье.
— Они ранили тебя.
Я опустила взгляд на свою руку, рассматривая её в тусклом свете.
— Пустяки.
— Может, отвези тебя в больницу?
— Нет. Всё нормально.
Мне нужно было добраться до Рафаэля, но в моём распоряжении, вполне вероятно, был час или около того, прежде чем всё станет действительно плохо. Я надеялась на лучшее. Меня никогда раньше не кусали.
Йен сухо рассмеялся и покачал головой, затем резко повернул направо. Он въехал на школьную стоянку и остановился рядом с моей машиной. Его руки оставались на руле, но костяшки пальцев побелели. Его плечи приподнялись, когда он сделал один глубокий вдох. Затем он повернулся ко мне.
— Итак, — сказал Йен совершенно бесстрастным голосом. — Не хочешь рассказать мне, что происходит?
Я положила руку на рану от укуса и поморщилась, почувствовав под ладонью липкое тепло собственной крови и горячую пульсацию яда, который теперь разносился по моим венам. К счастью, мой мозг был полностью работоспособен, этого вполне хватило, чтобы позволить лжи течь рекой.
— Ты ведь знаешь, что именно эти люди продали наркотик Адену, верно?
Йен кивнул.
— Тот же запах. В ту ночь от Адена сильно разило им. Но они охотились за мной. И они, кажется, знают тебя.
— Они знали… меня. Ну же, Йен. Ты ведь не думал, что я была девочкой из начальной школы, правда?
Я взмолилась, чтобы он легко отступил, как только ему бросят вызов. Слухи обо мне ходили с тех пор, как я поступила в школу, так почему бы не использовать это в своих интересах?