Мона дергает плечами, теребя сигарету в руках.
-Кажется. Но почему бы не попытаться? Хуже-то точно не будет. Это все такая же фикция, как и зазеркалье, телекинез, путешествия во времени и астральные проекции, лиминальные пространства и трансерфинг реальности. Вопрос лишь в том, во что веришь ты.
-А во что веришь ты?
-Я не знаю…
-Просто это звучит как еще большая дикость чем то, что впаривал нам Мариуно. Одно дело просто осознанные сновидения - летать там во сне, двигать моря и океаны, и все такое. А другое дело – пытаться встретить там своих родственников. Звучит, как бред.
Мона устало вздыхает, опустив глаза. Свой бутерброд она уже доела, и теперь сидит, сложив руки, и ковыряет носком ботинка землю.
-Я знаю, что это звучит дико, но… А вдруг, это работает?
-Вдруг ты сможешь прочитать книгу Мариуно, попасть туда и встретить отца?
-Типа того.
-Но Мариуно похож на шарлатана. Я очень сильно сомневаюсь, что в его книге найдется хоть толика полезной информации.
-Он и есть шарлатан. Поверь, это не первое подобное мероприятие, что я посещаю. Практически везде все одинаковое. Эти все псевдо-учителя нахватали информации из интернета и выдают, как истину в последней инстанции.
-Тогда почему ты все еще продолжаешь посещать их? Если они все одинаковые. Зря деньги только тратишь.
-А вдруг, не зря? Вдруг, попадется один, который что-то знает? У которого получится объяснить мне, где я не права. Что я делаю не так? Который поможет мне найти ключик от заветной двери?
Она встает и начинает прохаживаться взад-вперед.
-У меня не получается осознать сон, я попробовала уже кучу разных техник и прочего. Либо это все действительно филькина грамота, либо я не туда копаю. С каждого такого мастер-класса я собираю информацию по крупицам, пробуя всякие методы, техники. Выстраиваю собственный способ. Единственное, чего мне удалось добиться – это помнить все сны, что снятся каждую ночь. Ты знала, что они даже название этому месту дали – Брешь? Звучит так, словно это что-то ненормальное.
-Как место, куда лично я не горю желанием попадать. Хорошо, что мне сны не снятся.
-Это ты так думаешь, - парирует Мона. – На самом деле, сны нам снятся каждую ночь по несколько штук. Ты просто их не помнишь.
-Может быть, ты и права.
-Я, например, их четко могу разделить, где первый, где второй. Вспомнить, что там было. Но чтобы во сне осознать, что это сон – ни разу не вышло.
Я замолкаю, переваривая информацию. Встретив Мону на мастер-классе, я подумала, что она действительно пришла туда по приколу. А все оказалось намного глубже, чем я предполагала. Должно быть, ужасно в семь лет увидеть смерть собственного отца.
-Ты так сильно хочешь его увидеть?
Она бросает не прикуренную сигарету на землю и топчет ее носком кроссовка.
-Мне кажется, это последний и единственный человек, который меня любит. Любил, точнее.
Мне показалось, или ее голос дрогнул?
-А твоя мама? Что с ней сейчас? Ты не думала поговорить с ней о своих проблемах?
Мона внимательно смотрит мне в глаза, потом отворачивается и говорит:
-Кажется, нам пора на лекции.
Она очень быстро подхватывает рюкзак и устремляется к корпусу, убегая от меня с лишними вопросами и от своего прошлого. Я уже поняла, что если она не желает отвечать, она не будет этого делать. Отворачивается и уходит, только пятки и сверкают.
-От своих проблем тебе не убежать! – зачем-то кричу ей в след, а в ответ получаю средний палец.
Могу лишь усмехнуться ее жесту.
Глава 8
Телефон вибрирует уже целую вечность, слегка подпрыгивая на прикроватной тумбе. Смотрю на время «08:03».
Господи, кому понадобилось звонить мне в выходные в восемь утра?! Если это Андреа со своей очередной порцией воздыханий по гребаному итальянцу, клянусь, я ее закопаю вместе с ним!
Вытаскиваю себя из объятий морфея, неохотно тянусь к телефону, трезвонящему справа от кровати.
Бросаю быстрый взгляд на светящийся экран и чувствую, как волосы встают дыбом.