— Да ты и так не даешь нам покоя! — в один голос сказали близнецы.
— Моя палочка наготове, так что полезай, — добавил Джордж, на что Хейг хмыкнула.
— Это действительно ужасно звучит, — добавила она чуть тише.
— Маленькая негодяйка! — с ухмылкой сказали братья. — Итак, — начал отсчет Фред, и девушка приготовилась, — раз, два, три!
Парень с усердием поднялся с колен, слизеринка рывком оторвала вторую ногу от пола и поставила на другое плечо рыжего, а Джордж применил левитационное заклинание, дабы эта человеческая конструкция смогла держать равновесие.
— Ну вот видишь! — сказал первый ярус непривычным голосом. — Ты намного легче Джорджа!
— По твоему выражению лица не скажешь, — проговорила блондинка, вынимая из мешка свернутую гирлянду. — Как её вешать?
— Просто приставь белой полоской к стене и раскрой, — ответил Джордж.
Ева проделала все, как тот сказал, и украшение в сопровождении шуршание бумажных складок сама развернулась по всему периметру комнаты.
— На этом всё? — поинтересовалась блондинка, опустив голову к близнецам.
— Да, можешь спрыгивать.
— Спрыгивать? — удивленно воскликнула она. — Куда?
В этот момент дверь комнаты раскрылась и троица резко дернулась. Заклинание левитации перестало действовать, и Хейг больше не могла удерживать равновесие. Её сердце чуть не остановилось, когда она осознала, что падает на спину. Девушка взвизгнула, но в ту же секунду почувствовала, что приземлилась в чужие руки. Запрокинув голову, она увидела над собой лицо Джорджа. Он облегченно вздохнул, а затем задорно улыбнулся.
— На меня, — ответил он на вопрос, после чего получил неслабый удар в грудь.
— Лучше бы ты меня так рвался спасать! — ворчливо сказал Фред, поднимаясь с пола.
— Будем считать, что я этого не видел! — весело сказал Сириус, заходя в гостиную. — Радуйтесь, что я не Молли, иначе вам бы это с рук не сошло!
— Жизнь скучна без риска! — в голос заявили близнецы, на что Ева фыркнула:
— Да, только на этот раз рисковать пришлось мне!
— Не первый и не последний раз! — улыбнулся Джордж.
***
Для Евы это Рождество было по-настоящему фееричным. Она получила множество подарков от своих друзей и близких.
Под вечер все собрались в самой большой и свободной гостиной. Миссис Уизли и миссис Блэк накрыли на стол, буквально заставив его самыми разными вкуснейшими блюдами. Мистер Уизли смог вернуться домой из больницы на рождественский ужин, и семья Уизли в её большинстве смогла, наконец, воссоединиться. Здесь были так же Гермиона, Нимфадора Тонкс, профессор Люпин, ну и, конечно же, сам Бродяга. Было невероятно весело и здорово! Ева не знала Тонкс до этого, однако за время ужина успела познакомиться с ней и неплохо пообщаться.
Из радиоприемника играла приятная музыка, которая радовала слух каждого. Мистер Уизли, не обращая внимания на собственное физическое состояние, пригласил супругу на танец. Она, хоть и возмущалась «глупости» мужа и просила его вернуться на его место, все же согласилась. Под общие аплодисменты они довольно неуклюже, но очень мило пустились в пляс. Хейг не смогла сдержать радостной улыбки от этой сцены. Неожиданно её взгляд соединился со взглядом Сириуса, и тот весело улыбнулся.
— Ну что, станцуешь со мной? — бодро спросил он, поднимаясь из кресла и обаятельно улыбаясь.
Та смущенно засмеялась, но направилась к мужчине.
— Конечно же, Бродяга! — улыбаясь самой чистой и светлой улыбкой, сказала она.
Положив руку мужчине на плечо, а пальцами другой сжав его руку, она пустилась с ним в бешеный и ритмичный пляс под быструю музыку. Фред, все это время на пару с Джорджем хлопающий в ладоши, задиристо заулюлюкал, соскочил с места и в момент оказался около Гермионы. Она изумленно посмотрела на него.
— Идем танцевать! — дружелюбно и без левой мысли предложил он с улыбкой. И вот, спустя какие-то секунды три пары лихо отплясывали на деревянном теплом полу. Слизеринка крепко держалась за руку Сириуса, охотно кружилась на носках, отбивала ногами замысловатый ритм вместе с человеком, который в самом деле смог заменить ей отца. Который стал им, и даже лучше, чем можно было бы представить.
Блэк танцевал просто великолепно, да так, что, заразившись его энергией и эйфорией на воображаемом танцполе, появилась даже четвертая пара, состоящая из профессора Люпина и Тонкс. Неизвестно почему, надутый Рон остался сидеть на месте рядом с Джорджем, который, хлопая в ладоши, заворожено смотрел на Еву.
Миссис Блэк, заметив это, смогла только улыбнуться.
«Почаще бы видеть этих детей такими счастливыми и беззаботными! Пусть это Рождество запомниться им на всю жизнь! И пусть оно будет не единственным!» — С этой мыслью женщина зааплодировала внучке, которая с завершением композиции совершила немного неуклюжий реверанс, смеясь во весь голос.
========== Глава 20. На заснеженной башне… ==========
Комментарий к Глава 20. На заснеженной башне…
Вот вам глава. Прошу прощения за задержку, было много дел.
Надеюсь на ваши комментарии и критику, очень сильно.
С юбилейной главой вас и меня так же.
Рождество прошло лучше, чем когда-либо. Но после самого праздника настроение всех гостей начало спадать. Многие, включая студентов и Сириуса, неспешно, но верно мрачнели, так как знали — новый семестр в школе не принесет им ничего приятного. Не было того трогательного волнения, которое всегда заражало сердце ученика Хогвартса с приближением учебных дней.
Сириус же грустнел с каждым часом, понимая, что вновь останется в частичном одиночестве в ненавистном ему доме. Он был бы только рад, если бы Гарри бросил школу и остался с ним, но, само собой, не мог сказать ему этого в лицо.
А Ева была в ничуть не лучшем расположении духа. Порой она оставалась наедине с бабушкой, желая наговориться вдоволь, а иногда помогала Блэку ухаживать за гиппогрифом, чтобы набраться того радостного и светлого чувства, что появлялось у неё при разговоре с Бродягой или Лирой Блэк. Но удержать это чувство было тяжело — Сириус был крайне подавлен, а бабушка постоянно пропадала на заданиях Ордена.
И так Хейг осталась в относительном одиночестве. Хотя, надо признать, с близнецами отдыха не выдавалось! Они то и дело подшучивали над ней, припоминая рождественский танец с Бродягой. Слизеринка же в ответ на это вспоминала бессовестный танец Фреда с Гермионой на глазах у явно ревнующего Рона, и как Джордж сидел в одиночестве весь вечер. Правда, тех эти факты не сильно-то удручали.
Оставшееся время в доме на площади Гриммо блондинка провела вместе с Грейнджер, пытаясь как можно скорее выполнить домашнюю работу, которую задали на каникулы.
Но, в конце концов, настал последний день пребывания в доме матери Сириуса.
Когда все были уже готовы покинуть дом, Блэк потянул блондинку за рукав, прося разговора наедине. Близнецы, заметив эту картину, ехидно заулюлюкали, однако Ева не обратила внимания на их поведение и направилась за Сириусом.
— Что такое? — спросила она, держа в руках дорожную сумку. Бродяга повернулся к ней лицом. Выглядел он мрачнее обычного.
— Это что-то вроде слов напутствия. Будь осторожна в Хогвартсе и со своим факультетом, — попросил мужчина, прислонившись плечом к стене. Брови блондинки слегка приподнялись.
— Я не первый год учусь на Слизерине, и многие уже тогда меня недолюбливали из-за моего отношения к…
— Дело уже не в этом, — прервал её анимаг. — Причин уже очень много. Эта твоя выскочка Джойс, Малфой-младший и старая жаба. В школе теперь совершенно другая обстановка, и ты находишься в невыгодном положении. Будь уверена, что, если у тебя случится еще одна стычка с однокурсницей, министерская карга примет её сторону вне зависимости от того, кто действительно окажется виноватым. Да и Малфой…