Звонит телефон, и она медленно идет, пританцовывая, чтобы ответить на звонок.
— Да, мистер Картер. Я приглашу его. — Говорит она по телефону.
Она улыбается мне.
— Вы можете пройти. Сюда. — Она ведет меня к двойным дверям, ведущим в лифт. Она проводит карточкой, и я вхожу в кабину направляясь на тридцать пятый этаж.
Лифт останавливается, и двери открываются в современный офис с большим деревянным столом и двумя стульями. Итан Картер стоит, повернувшись ко мне спиной, глядя в окно от пола до потолка.
— Я знаю, зачем ты сюда пришел. Чтобы узнать, какое у меня с ней соглашение или договоренность.
Именно это и имела в виду Бри. Я подхожу ближе и встаю между двумя креслами, оглядываясь по сторонам. Мы одни в офисе. Слева стоит черный кожаный диван, справа бар, но больше никого нет. Никакой охраны. Никаких телохранителей. Интересно.
Взглянув на мужчину в костюме за четыре тысячи долларов, я замечаю, что, когда он оборачивается, он не в восторге от меня, но я этого ожидал. Он знал, что я рано или поздно навещу его, как только увидел меня в клубе.
— Я расспрашивал ее, но она не сказала. Она соблюдает соглашение о неразглашении, которое ты заставил ее подписать.
Он усмехается.
— Пожалуйста, садись.
— Я пришел сюда не для разговора. Я не один из твоих деловых партнеров.
— Действительно, ты не такой, мистер Кипр. Я знаю, что ты сделал свою домашнюю работу обо мне, чтобы убедиться, что она в безопасности. Я тебя не виню. Я бы сделал то же самое, и я сделал свою собственную домашнюю работу относительно тебя с Брианой.
Садясь, я сжимаю кулак, чтобы не потянуться и не нанести ему удар. Его темные волосы и темные глаза говорят мне, что у него есть скрытый характер, но он не понимает, что я стратег, технически подкован, а не просто искусен в боевых искусствах. Я также миллиардер, как и он. Я просто более скрытен в своих деловых отношениях и более открыт в своей боевой карьере.
Он садится за стол и, сняв пиджак, закатывает рубашку, чтобы показать свои татуировки. Вероятно, пытается запугать меня или напомнить, откуда он родом, и что он не какой-то получатель трастового фонда с серебряной ложкой. Итан Картер был обученным убийцей для мафии. Он заработал свои деньги и вложил их, заключив соглашение с Эдгаром Кастеллано, чтобы отмыть его деньги и создать бизнес по всему миру, чтобы правительство не узнало об этом. Итан искусно скрывает свои следы, и он скрывает их очень хорошо. Он был слишком занят своими делами с мафией и не защитил свою жену, как следовало бы. Ходят слухи, что они устроили покушение на нее. Даже его отец не смог бы ее спасти.
Развалившись в кресле, ничуть не запуганный, я спрашиваю его:
— Чего ты хочешь от Брианы? Что бы это ни было, я заплачу тебе, чтобы вытащить ее из этого. Она не какая-то там стриптизерша, к которым ты привык, — отвечаю я ему ледяным тоном.
Он ухмыляется.
— Как думаешь, я бы привёл обычную стриптизершу к себе домой и позволил ей лечь в мою постель? Бриана не шлюха и не стриптизерша, а очень особенная женщина для меня.
Мои губы кривятся в рычании при упоминании её в его доме и в его постели. Грёбаный придурок.
— Между тобой и мной есть разница, мистер Картер, и эта огромная разница в том, что я не плачу за пизду.
Он ревет от смеха. Он держит подбородок в руке и смотрит на меня решительным взглядом.
— Давай проясним одну вещь. Есть одна женщина, которую я любил, и это моя покойная жена. Для меня не было никого важнее в этом мире, и я уж точно не платил за её пизду. Моя договорённость с Брианой воспринимается с большой осторожностью. У неё есть тьма, которая мне нравится. Она подпитывает мою собственную потерю и боль. Я уважаю её, и она мне нравится.
Я усмехаюсь.
— Да, используя ее борьбу против нее, чтобы подпитывать свою больную, извращенную фантазию. — Теперь я взбешен. Я сажусь и рычу: — Ты больной ублюдок. Отпусти ее. Она не заслуживает того, чтобы с ней обращались как с куском мяса. — Говорю я, и мой голос пронизан сталью. Этот придурок испытывает мое терпение, но это не тот человек, которого ты колотишь кулаком, чтобы донести свое сообщение. У этого человека есть эндшпиль.
— Проясню одну вещь. Я не отношусь к ней как к куску мяса. Ты, очевидно, не обращался с ней так, как следовало бы, иначе она бы не танцевала и не водила меня в заднюю комнату.
— Ты, ублюдок. Мне следует встать и бить тебя по лицу, пока ты не перестанешь дышать.
Он отмахивается от моей угрозы, кладет на стол iPad и поворачивает его так, чтобы я мог видеть что-то похожее на документ.