– А больница? Ты же к Саше собиралась?
Ольга ничего не ответила – она набирала номер человека, говорить с которым, впрочем, у нее не было ни малейшего желания.
Звонок раздался, когда Анна, одетая в длинное вечернее платье, наносила последние штрихи яркого и эффектного макияжа.
– Алло… – недовольным тоном оторванного от важных дел человека ответила она.
– Ольга Белова беспокоит, – сухо представилась Ольга. – Сама понимаешь – мне мало радости с тобой разговаривать…
– Да уж, звонок неожиданный… – недоуменно и растерянно протянула Анна.
– Послушай, дама… с камелиями! – не удержалась от колкости Ольга. – Сегодня днем ты звонила в машину Валере Филатову и просила вернуть одну очень важную вещь. Так вот, эта вещь мне нужна. Срочно, ясно? Через пятнадцать минут я буду у тебя, не уходи никуда.
– Да нет, я не могу, у меня… – торопливо возразила артистка, но в трубке уже звучали короткие гудки.
Сунув телефон обратно в сумку, Оля распахнула дверь джипа, и следом рванула дверь Макса.
– Двигайся, я поведу! – мрачно приказала она.
– Оль, такая погода, ты что?! – вытаращился на нее охранник. – Сейчас впаяться куда-нибудь – плевое дело…
– Двигайся, твою мать!! – в ярости проорала Ольга.
Она села за руль, и джип стремительно тронулся с места.
К артистке Оля добралась даже быстрее, чем обещала. Выскочила из машины и бросилась бегом к подъезду. Через минуту она нажала кнопку звонка.
– Кто там? – раздался из-за двери высокий голос Анны.
«Что сказать?» – мелькнуло в голове Ольги, и, усмехнувшись нелепости ситуации, с едва заметным сарказмом она ответила:
– Свои…
Анна распахнула дверь. Вновь, как неделю назад в боулинге, взгляды женщин скрестились. Только на сей раз в глазах артистки ничего вызывающего не было и в помине. Она пыталась с независимым видом выдержать тяжелый взгляд Ольги, но не смогла и тут же отвела глаза.
Ольга перешагнула через порог и, отвернувшись от Анны, протянула руку.
– Давай, – приказала она.
Чуть помедлив, Анна вложила в ее руку миниатюрную цифровую видеокамеру – ту самую, что была в машине у Фила.
– Завтра вернут, – сухо пообещала Ольга и шагнула к двери.
Уже перешагнув порог, она не выдержала и, с нескрываемым презрением взглянув на соперницу, ледяным голосом отчеканила:
– У женщин, которые спят с чужими мужьями, начинаются проблемы с яичниками.
Не дожидаясь ответа, Ольга повернулась и пошла к лифту. За ее спиной тут же раздался негромкий щелчок аккуратно закрываемой двери.
В лифте она включила воспроизведение и почти сразу нашла нужные кадры. Чьи-то руки рылись в сумке Фила, и что-то засовывали в муляж его головы. Толком не разобравшись еще что к чему, Оля, тем не менее, с абсолютной ясностью поняла – это именно то, что надо.
Пробкой вылетев из подъезда, Ольга что было мочи припустила к машине.
– Какого черта ты мне сразу не сказал, что Витьку ищут?! – задыхаясь то ли от бега, то ли от гнева, выпалила она Максу.
– А в чем дело?
– В том! – она сердито сунула ему в руки видеокамеру: – На, смотри!
Ольга прыгнула за руль, джип снова сорвался с места.
LI
В кабинет главврача заглянул хмурый охранник.
– Привезли, – коротко доложил он.
Сидевшие в разных углах Белый и Космос, переглянувшись, одновременно поднялись с кресел. У обоих в руках были пистолеты. «Стечкин» – у Космоса, «Глок» – у Белова. Лица обоих были угрюмы и решительны.
Отодвинув охранника в сторонку, в дверь вошел Шмидт, за ним, между двумя его подручными, шагал Витя Пчелкин. Пчела вышел вперед и остановился посредине кабинета. Как кролик на удава он неотрывно смотрел на стволы в руках друзей. Лишь спустя несколько мучительно-тягучих секунд он поднял глаза на Белова и Космоса.
– Ребята, вы… Саня, Кос… – жалко пролепетал их насмерть перепуганный друг. – Вы разберитесь сначала… Вы разберитесь, а? Елки-палки, я все понимаю… Ну, братья, а?
Космос, а за ним и Белов опустили глаза.
– Спасибо, ребята. Подождите снаружи, – приказал Белый.
Шмидт со своими людьми вышел из кабинета и плотно прикрыл за собою двери.
– Ну что скажешь, Пчелкин? – тихо спросил Белый.
Вдруг Пчела присел на корточки и обхватил руками голову, будто надеялся таким нехитрым способом укрыться от пистолетов. В кабинете стало так тихо, что Белову неожиданно показалось, что он слышит, как исступленно колотится и скачет в груди у Пчелы испуганное сердце.