– Бедный мальчик…
Подполковник Введенский выслушал доклад своего сотрудника об убийстве Белова с каменным лицом. Дослушав подчиненного до конца, он опустил голову и задумался. Зазвонил телефон – Введенский не обратил на него никакого внимания. Сидевший напротив молодой оперативник наконец осмелился нарушить его размышления:
– Игорь Леонидович…
Подполковник поднял на него сухие, колючие глаза.
– Кто конкретно исполнил?
– Трудно понять, – пожал плечами оперативник. – Слишком много было заинтересованных…
– Да, слишком много, – согласился Введенский и вдруг протяжно и тоскливо вздохнул. – Вот жизнь!.. По большому счету, мы же вместе с ним начинали. Девять лет назад, оба щеглы еще были. Теперь я подполковник, а он… – Игорь Леонидович коротко кивнул куда-то вверх. – Судьба…
Подумав, молодой оперативник решил осторожно поправить шефа.
– По-моему – совершенно естественно. Просто вы живете правильно, по законам, а он был бандит.
– Ну да, – снова задумчиво повторил Введенский. – Я же и говорю – судьба…
L
По широким лестницам и просторным залам огромного строящегося торгового комплекса ходил его будущий хозяин – Владимир Евгеньевич Каверин. Его почтительно окружала свита – прораб строительства, Артур Лапшин, Макс Карельский и трое охранников.
Масштаб строительства кружил Каверину голову. Его возбуждала и приводила в тихий восторг одна мысль, что вся эта махина – его.
– Прикинь, Артурка, какой дворец мы отгрохали! – взволнованно и гордо разглагольствовал он, то и дело поводя вокруг своей черной рукой. – Это мы, мы подарили народу счастье потребления! Больше денег, больше товаров, больше счастливой, красивой жизни! Представляешь, через каких-нибудь полгода здесь будет полным-полно народа! Стройные девки с большими сиськами будут покупать белье и парфюмерию, а их кретины-мужики – дурацкие ботинки и костюмы за две штуки баксов.
Привыкший к экспрессивности своего неугомонного шефа Артур без особого энтузиазма одобрительно покачивал головой.
– Ну скажи, разве я не молодец, что вытащил тебя из твоего долбаного Дюссельдорфа? – хлопнул его по плечу Каверин.
– Молодец, – покорно согласился Лапшин.
– А что с Белым вопрос порешал, молодец? – Каверин снова ткнул его железной рукой.
– Молодец…
– Ну, видишь как! – радостно загоготал Володя. – Я тебе когда еще все это обещал? Я что говорю, всегда делаю – такой уж у меня характер! Михалыч, – повернулся он к прорабу, – как, успеем к новому году подарить народу счастье?
Тот развел руками:
– Если смежники не подведут, успеем.
– Смотри, Михалыч, – погрозил ему Каверин. – Смежники смежниками, а не сдашь объект к тридцать первому декабря – я тебя за ребра вон к тому балкону подвешу. Не шучу.
Прораб угрюмо промолчал. К подобным обещаниям своего босса он уже успел привыкнуть. Каверин задрал голову и опять пихнул Артура в плечо.
– Айда глянем на верхний ярус!
– Иди, я не хочу, – помотав головой, он попятился назад.
– Ну и зря! – хмыкнул Володя. – Там оранжерея будет. Знаешь, какая красота? Как в раю! – он направился к лестнице, бросив на ходу охранникам: – Один со мной!
В сопровождении прораба и охранника Каверин скрылся на лестнице. Охранники тут же расслабились и закурили.
– Не, а так-то здесь ничего, да? – заметил один из них.
– Еще изваяния поставят, – поддакнул второй.
– Да? Что, бабы будут голые?
– Может, бабы, а может, и кони – хрен его знает!
– Эй, хорош базарить! – прикрикнул на них Макс. – Работайте!..
Печальный Артур кивнул в сторону лестницы и пожаловался:
– Что-то наш ботаник совсем обалдел…
– Ладно, не твое дело, – хмуро отмахнулся Макс.
Артур опустил голову и буркнул:
– Шнурки завяжи…
Карельский глянул на ноги – действительно, шнурок на правом ботинке болтался. Он присел на корточки, а Артур, засунув руки в карманы, неторопливо двинулся вперед.
Пройдя десяток шагов, Артур свернул за угол и увидел у входа в галерею сварщика в спецовке и маске, склонившегося над какими-то железяками. Артур нахмурился – по приказу Каверина все работы на стройке на время его инспекции прекращались, а рабочих прятали по бытовкам.
– Эй!.. – окрикнул он работягу.
Сварщик не шелохнулся. Артур пожал плечами и повернул назад.
– Макс! – он показал себе за спину. – Там какой-то стахановец…
Карельский поднялся и, миновав Артура, завернул за угол. Увидев сгорбившуюся фигуру сварщика, он усмехнулся: