Это забавное и трогательное письмо задело Сашу за живое. И хотя Белов терпеть не мог писанины, в тот же день он написал нянечке коротенький ответ. Мол, Валера заболел, лежит в больнице, лечат его хорошо, и скоро он обязательно поправится. В конце подписался: "Валерии друг Саша", и, на всякий пожарный, дал свой домашний адрес.
Е-мое!.. - повторил в полной растерянности Белов. - Это ведь нянечка из Филовского детдома...
Да я уж знаю, - с некоторой ехидцей усмехнулась Ольга. - Познакомились... Что делать-то, Саш? Она к Валерке рвется...
Оль, ты ее займи чем-нибудь, я сейчас приеду! - он выключил телефон и повернул назад, к машине.
Тетя Нюра (так представилась гостья) оказалась сухонькой, но довольно крепкой еще бабулькой, хотя и выглядела лет на семьдесят. У порога Беловской квартиры стояли две огромные хозяйственные .сумки, связанные за ручки старым платком - тетя Нюра доволокла их на своих худеньких плечах. Саша попытался убрать их в сторонку и ахнул - в каждой было чуть ли не по пуду.
Что там у вас? - спросил он.
Гостинцы для Валерочки, - охотно объяснила старушка. - Всем приютом собирали. Варенья, соленья, настойки лечебные на травах... Завхоз поросенка заколол - ветчины накоптили, сала... Ребята рыбки наловили, навялили... А как же? Чай, не чужой он нам, Валера-то...
Рассказывая, она повязала на голову платок и принялась, покряхтывая,, обуваться.
Куда вы, тетя Нюра? - хором спросили Беловы.
Как это куда? - удивилась нянечка. - К Валерочке. Оля говорила: ты отвезешь...
Отвезу, конечно, но... - пожал плечами Саша. - Давайте хоть чаю попьем, да и устали, наверно, с дороги?..
Некогда мне рассиживаться, сынок! - покачала головой старушка. - Вечером поезд, билеты еще взять надо... Поехали, милый! Ох, горюшко, как он там, Господи!.. - последние слова, очевидно, были уже о Филе.
Покачивая головой, тетя Нюра взялась было за свои сумки, но ее решительно отстранил Саша.
Я возьму.
Покраснев от натуги, он взвалил на плечо неприподъемные гостинцы для Фила, и открыл перед старушкой дверь.
По дороге в клинику Саша изложил наспех сочиненную для тети Нюры версию болезни Фила.
- Понимаете, у Валеры очень редкое, но неопасное заболевание головного мозга, - с самым серьезным видом объяснял он. - Какие-то сложные биохимические процессы... Ну и лечение у него особенное. Сном его лечат, тетя Нюра, специальным биохимическим сном, понимаете? Будить его нельзя, он будет спать еще долго - может месяц, а может и больше. Пока приборы не покажут, что болезнь закончилась... Там у него такая маска на лице - по ней подается воздух с лекарствами. Ну и капельница, конечно... А сам он спит. Все время спит, понимаете?..
Пожилая нянечка согласно кивала, слушая эту лабуду, и не сводила с Белова наивного и встревоженного взгляда светло-голубых, выцветших глаз. Временами она мелко крестилась, временами шмыгала носом, быстро промакивая слезящиеся глаза уголком платка.
В клинике тетя Нюра и вовсе растерялась. По всему было видно - в таких больницах ей бывать еще не приходилось. Она семенила рядом с Беловым, испуганно посматривая на встречных врачей, и что-то беспрерывно шептала себе под нос.
Когда они зашли в палату Фила, Саша шагнул в сторону, пропуская старушку вперед.
- Вот он...
Она подошла к кровати и медленно опустилась на стул, пододвинутый услужливой медсестрой. Сухая, сморщенная ладонь старой нянечки легко коснулась волос Фила, его лба, щеки...
- Валерочка, сыночек... - произнесла она дрожащим, надтреснутым голосом. - Здравствуй, родной...
Саше вдруг стало неловко, он подошел к окну и направил свой невидящий взгляд на больничный двор. За его спиной слышался горячечный шепот тети Нюры - она истово молилась.
Одна молитва сменяла другую. Белов ждал, боясь пошевелиться. Наконец, голос нянечки у кровати Фила затих. Саша оглянулся. Тетя Нюра стояла на коленях, лицо ее было мокро от слез, она поглаживала безжизненную руку Фила и все шептала и шептала - без-звучно и горестно.
Белов опустил голову и вышел в коридор. Там, на жестком больничном стуле, ему пришлось просидеть еще больше часа. Тетя Нюра вышла из палаты только тогда, когда туда по какой-то своей надобности зашли врачи.
На старушку было больно смотреть - красные от слез глаза, трясущиеся губы, пряди седых волос, выбившиеся из-под съехавшего на бок платка.
Пойдемте, тетя Нюра, - шагнул к ней Саша. - А Валера вылечится, обязательно вылечится!