- Александр Николаевич, дорогой! - восторженно верещал он. - Ну наконец-то! А мы тут все уже заждались, обещались ведь еще в августе быть - и не едете никак!
- Где Кордон? - Саша бесцеремонно оборвал поток его неискренней радости.
- Андрей Андреевич отдыхает уже.
Утомился, знаете ли ... Прикажете разбудить?.. .
- Не надо, пусть спит, - небрежно махнул рукой Белов. - Куда мне?
Администратор засеменил вперед, показывая дорогу к номеру Белова. А Саша шагал следом и думал о том, что Кордон, похоже, окончательно зарвался. Белов звонил ему из машины, поэтому продюсер знал точное время его приезда. И тем не менее дожидаться его Кордон не стал. Тут было о чем подумать.
Вообще, после истории с освобождением из «обезьянника» отношения Саши с Кордоном довольно резко изменились. Отныне ни о каком панибратстве со стороны продюсера не было и речи. Наоборот, теперь он старался держаться от Белова подальше. В принципе, такой поворот Сашу вполне устраивал, и о причинах этих перемен он предпочитал не задумываться. Главное - Кордон больше не капризничал, работал как полагается, а все остальное Белову было по барабану.
Иногда, правда, его посещали сомнения - а не пронюхал ли часом продюсер об истинной роли Саши во всей этой истории. Например, он вполне мог разузнать в прокуратуре, что никакого дела на него нет. Не то чтобы у Белова были какие-то конкретные подозрения на этот счет - просто ничего другого в голову не приходило.
~A, плевать! - вяло думал он тогда. - Даже если и догадался - что он теперь сделает? До конца съемок осталось всего ничего, а уж после премьеры ...
XXX
Утром Белов отправился на завод.. превратившийся на время в съемочную площадку. То, что ему пришлось там увидеть, и впрямь больше походило на какие-то фантастические декорации, чем на нормальный металлургический завод.
Повсюду была полная разруха - выбитые стекла, облупившиеся стены, горы мусора,' ржавых железяк, бетонной крошки и кирпичного боя ...
«Как же так? - растерянно думал Белов, озираясь по сторонам. - Я же помню этот завод - вполне приличный заводик был, полгорода на нем работало. Это ж надо - как Мамай прошел!...»
Съемочная группа расположилась в плавильном цеху, здесь по замыслу сценаристов должны были развернуться ключевые события фильма. На современном заводе, среди огнедышащих печей и рек расплавленного металла, средневековые рыцари устраивали свои последние разборки. Здесь же должна была состояться и финальная, самая многолюдная сцена картины - апофеоз торжества справедливости, окончательная и бесповоротная победа добра над злом.
Вслед за суетливым администратором Саша вошел в цех, и первым человеком, которого он там увидел, был Киншаков - в рыцарских доспехах и с огромным двуручным мечом в руках.
- Сань! - окликнул Белов приятеля. - Здорово!..
- Здорово! - откликнулся тот. - Приехал? Молодец! А я уж думал, что из-за этого дефолта...
Его перебил пронзительный, как автосигнализация, крик ассистентки режиссера:
- Александр Иванович! Ну сколько можно звать?! Идите переодеваться, только вас все ждут!
Киншаков хлопнул Сашу по плечу закованной в сверкающий металл ладонью:
- Извини, дела...
Каскадер ушел, Белов двинулся дальше, но не успел он сделать и десятка шагов, как к нему подскочил Кордон:
- С приездом, Саш! Проходи, устраивайся... Там, возле камеры, кресло тебе поставили, - он махнул рукой куда-то направо и, нацепив на себя озабоченную мину, пробормотал: - Ну где же эти механики, черт бы их побрал...
Продюсер, уже не обращая ни малейшего внимания на Белова, высматривал .кого-то поверх его головы. Вдруг он увидел кого-то и, мгновенно сорвавшись с места, исчез. Саша, недоуменно качнув головой, отправился в противоположную сторону.
В цеху царила невообразимая суета.
Готовились к съемкам финальной сцены, в которой помимо трех десятков актеров должны были сыграть свою роль давно потухшие плавильные печи и прочее заводское оборудование. Печи должны были изрыгать пламя, возле них суетились пиротехники, начинявшие их своими адскими смесями. Костюмеры и гримеры хлопотали вокруг артистов, облаченных в роскошные на-ряды средневековья. В глазах рябило от обилия сверкающих доспехов, парчовых платьев, ярких плащей и пышных плюмажей.
Саша без труда нашел свое кресло и сел в сторонке от беспрерывно снующих туда-сюда киношников и приготовился ждать. По собственному опыту о» уже знал - львиная часть времени на съемках уходит на подготовку. Порой для того чтобы отснять не самый сложный трехминутный эпизод нужно было готовить его чуть ли не сутки, и главная проблема чаще всего заключалась в какой-нибудь досадной мелочи.