Увиденное заставило его вздрогнуть. Ольга и Шмидт – в постели. Шмидт в бешенном ритме двигает бедрами, словно пытаясь невидимым членом распороть Ольгу посередине снизу доверху. Вот Она повернула голову к окну, и по лицу жены Саша понял, что она переживает бешеный оргазм. Телескоп приблизил любовников настолько, что, казалось, протяни руку и коснешься разгоряченных тел.
Белов не знал, что это был первый случай близости между его женой и Шмидтом. У него сразу же сложилось впечатление, что их любовная связь длится уже давно. А где гарантия, что выстрел, сделанный в Белова по приказу Шмидта, не есть результат его сговора с Ольгой?
Решение пришло само собой: долой все благостные мысли, хватит с него этих толстовских штучек! Надо спасать сына, надо наказать предателей!
Неожиданно у него пред глазами всплыло изуродованное лицо Лены. Она смотрела на него с укором, будто говорила: "Саша, сколько же можно, остановись…"
Неужели история повторяется? И снова он начнет мстить, и снова польется кровь и правых и виноватых, иначе ведь на войне не бывает!
Саша в сердцах толкнул телескоп так, что тот отлетел в угол. Нет, мстить надо иначе. Вопрос – как? Ладно, потом видно будет…
В окно он больше не смотрел. В несвойственной ему апатии он сел в пыльное кресло и просидел без движения с закрытыми глазами около получаса, пока в соседнем доме не хлопнула дверь.
Белов встал, выбрался из дома и тем же путем, каким пришел, задами огородов направился к оставленной возле дороги "копейке". Выйди он на дорогу минутой позже, у него были бы все шансы попасть под сверкающий лаком и хромом "мерседес", на бешенной скорости промчавшийся но дороге. Белов заметил его раньше, дождался, пока он скроется за поворотом, и продолжил свой путь.
Федя околачивался возле "копейки". Белов подошел к нему и увидел, что тот сильно озадачен.
– Что случилось? – спросил Александр.
– Я узнал "мерин", который сейчас проехал, – пробормотал Федя, – и охранника. Это он привез тебя на свалку. В багажнике этого самого "мерина".
Белов со злостью рванул дверцу машины и уселся на место водителя.
– Садись, поехали. Там наши, поди, заждались. Степаныч икру мечет.
– Икру он будет метать завтра, – возразил Федя. – Сегодня целая фура на южном конце разгрузилась. Сервелат сальмонелезный, бракованный. Потереть немного, и будет как новый, – он засмеялся, чрезвычайно довольный шуткой.
Но Белов его не поддержал: он сидел за рулем мрачный, погруженный в свои мысли. Потом решительно завел машину и рванул с места, как на гонках, за исчезнувшим вдали "мерседесом".
XXXIV
В кабинете Шмидта решался важный вопрос – подготовка места строительства к приезду рабочих. Шмидт сидел за своим столом, а Николай разместился в кресле напротив него.
– Стройку первым делом надо очистить от посторонних, – сказал Шмидт. – А то развели какой-то шанхай. Скоро они там потребуют поликлинику открыть и библиотеку. Что это за публика?
– Там живут бездомные, бомжи с помойки и нелегалы, – сообщил Колян. – Для них эта свалка – и дом, и средство существования. Просто так они не уйдут.
Шмидт озадаченно почесал кончик носа.
– Вот еще, блин, проблема. И куда их девать?
– А по-моему, – сказал Колян, – это вообще не проблема. Если бомжам нужна помойка, пусть и отправляются жить на помойку. Землянки строят, шалаши. Мы туда еще не скоро доберемся, хотя свалку тоже надо будет убрать… А на стройке чтобы и духу их не было.
Шмидт задумался. Можно было бы отбуксировать бомжам на свалку часть вагончиков. Там ведь есть и такие, что уже наполовину сгнили или развалились. По так пли иначе, этот вопрос надо будет решать кардинальным образом. На занятие благотворительностью просто нет времени. Зачем откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня?
– Добро, – сказал Дмитрий, приняв решение. – Поселок очистить от бомжей, старые и сломанные вагончики сжечь. Давай, действуй…
Колян одобрительно кивнул и вышел из кабинета…
На следующий день поселок возле свалки переполошила тревожная весть. Прямо посреди пустыря, который начинался сразу за поселком, остановился черный джип. Из него вылез светловолосый мужчина в кожаной куртке и через установленный на машине динамик предложил всем жителям поселка немедленно собраться на пустыре.