— Не могу обещать, — ответил Макканн. — Это не ко мне. Ты понимаешь, что мы должны тебя проверить?
— Ну, хорошо, когда проверишь, то поймёшь, что я не подарок, — серьёзно произнесла она. — Я не стану пытаться скрыть или утаить что-нибудь. Моё прошлое довольно дерьмовое.
— Иди, и, может, твоё будущее будет лучше, сестра, — сказал Ударник.
И тут Кики сорвалась. Она забылась и фыркнула на него:
— Я тебе не сестра!
— Да-да, мэм, на самом деле, ты — сестра, — убеждённо сказал Ударник. — Ты просто ещё об этом не знаешь.
— Ну, я считаю себя расисткой, — призналась Кики. — Боже мой, ну как можно вырасти, там, где жила я, и не стать ею?
— И кто же такой, по-твоему, расист, мэм? — спросил Макканн.
— Э-э, белый человек, который ненавидит ниггеров? — предположила Кики.
— Нет, это распространённое заблуждение. Ненависть не имеет ничего общего с расизмом, — серьёзно проговорил Макканн. — Один из наших старых вождей, пастор Боб Майлз, много лет назад дал самое лучшее определение расизма. Расист — тот, кто знает, кто он.
— Я не могу честно сказать, что знаю, кто я, — призналась Кики.
— Тогда мы покажем тебе, — сказал Ударник. — Теперь разбегаемся. Ты с главного. А мы уйдём через чёрный ход. Жди звонка. Может пройти какое-то время, но ты жди.
Кики повернулась и вышла из квартиры. Вышла из дома и пошла к автобусной остановке, под уличным освещением, чтобы эти двое наверняка увидели её там. Через минуту или чуть позже, тёмный «форд» седан проскользнул мимо остановки, и она не заметила, были в нём двое мужчин или нет, но они там были.
Кики простояла там почти пять минут, пропустив один автобус, пока рядом с ней не остановился фургон модели «пэсифик пауэр», и не открылась боковая дверь. Потом Кики вошла внутрь и рухнула в истерике, её рвало от ужаса после близкой встречи со смертью. Мартинес непритворно попыталась утешить Кики и вытерла ей рот бумажным полотенцем. Теперь Кики стала ценным объектом.
Тёмный «форд» вёл доброволец Джимми Уинго, он же Ударник, а Макканн набрал номер мобильного телефона. Ответил мужской голос.
— «Авто Мак» и «Кузовной цех», — проговорил человек, который был одним из добровольцев, сидевших вдвоём за несколько кварталов сзади в машине сопровождения.
— Привет, Джоуи, те тормозные колодки к «тоёте», наконец, пришли, — сказал Макканн.
Доброволец Ван Гелдер, чьё имя было совсем не Джоуи, понял, что микросхемы у них.
— Наконец-то! — воскликнул он. — Сможешь первым делом доставить их сюда с утра?
— Ну, не уверен: небольшая проблема с графиком на завтра, — сказал Макканн. — Сделаю всё, что смогу. Посматривай завтра утром, и они будут там, как получится, всё, что я могу тебе сказать.
— Хорошо, — сказал Ван Гелдер. — Приятного вечера.
— Тебе тоже.
Макканн только что сказал Ван Гелдеру, что кое-что пошло не так, и он должен держать ухо востро, поэтому две группы добрармейцев встретились в запасном конспиративном доме вместо первоначально запланированного. Им потребовалось два часа в объезд, чтобы добраться по загородной дороге до другого жилого квартала в округе Клакамас.
Там их ждал лейтенант Уэйн Хилл из Третьего отделения разведслужбы Добрармии. Он выбрал кличку «Оскар» с мрачным намёком на сионистскую книгу и фильм «Список Шиндлера». У Хилла тоже был список. Это был стройный и красивый мужчина лет тридцати со светло-пепельными волосами, голубыми глазами и классическим орлиным спокойствием северянина. Хилл был наследником одной из самых богатых семей старой финансовой аристократии Вирджинии, член общества «Фи-бета-каппа» как выпускник Джорджтаунского университета, абсолютно преданный и аскетичный национал-социалист, уже пользующийся репутацией одного из самых опытных террористов Добрармии. Он кочевал между бригадами, обучая бригадных офицеров разведки и устраняя сложные неприятности, а иногда резал и душил их. Всё связанное с супер-микросхемами относилось к его неотложным задачам.
Макканн вошёл в гостиную, держа в руках конверт.
— Я проверил их на компе со специальным Ю-Эс-Би переходником, пока мы ехали сюда, — сказал он Хиллу. — Это настоящие Маккои, всё в порядке. Неисправных нет. Мы получили, что хотели, и за них даже не пришлось платить.
Он бросил конверт с деньгами на стол.
— Но в точке доставки возникла некоторая проблема.
Джимми Уинго вошёл в комнату с двумя кружками кофе и протянул одну Макканну.
— Одна из проблем, как я могу сразу понять, то, что Ленни Джиллис был мёртв целые сутки, — сказал Хилл. — Мне сегодня доложили. Дело уже закрыто, и кто-то сделал полную очистку в компьютерах полиции. Никто из наших людей не может подобраться к этим файлам из-за слишком многих систем защиты. Так как же ты получил товар?