— Да, сержант, я поняла, — прервала её начальница, снова раздраженно махнув рукой. — Возведение здания для большого сноса. Увлекательная и захватывающая перспектива, должна признать.
— Но сначала мы должны ввести её внутрь, — продолжила Мартинес. — Вот поэтому не должно быть никаких заметных нарушений в её образе жизни, и она должна сегодня появиться в компании в свою смену, и так каждый вечер, пока они не свяжутся с ней снова.
— А что, если они унюхают что-нибудь подозрительное и не свяжутся с ней? — спросила Хирш.
— Свяжутся, — сказала Мартинес, с уверенностью, которую она почему-то действительно чувствовала.
— Какие силы и средства тебе нужны? — спросила Хирш.
Мартинес перечислила по пальцам необходимое.
— Во-первых, я хочу набрать свою группу, в моё полное распоряжение от начала до конца операции. В том числе сержант Джарвис и я сама, и три группы поддержки и наблюдения с машинами без опознавательных знаков по два полицейских в каждой, все опытные тайные агенты. Мне нужен детектив Маккаферти на полный рабочий день, с одним резервным техником из отдела электронного наблюдения, с неограниченным доступом ко всем необходимым средствам и оборудованию, и ваша помощь при необходимости в получении техники, которой нет у нашего бюро, из других ведомств, в том числе из ФБР и министерства внутренней безопасности.
— Потребуется некоторая ловкость, но это можно сделать, — решила Хирш. — Они начнут допытываться, зачем мы просим на время их специгрушки для слежки, а я хочу, чтобы никакой федерал не пронюхал об этой операции. Стукач внутри Добрармии — это золотая валюта в американских правоохранительных органах, господа сыщики. Ни у кого другого его нет, и если федералы узнают, что мы делаем, то они отберут её у нас для себя. Я не хочу, чтобы наши люди делали всю работу и рисковали собой только для получения золотых звёзд и удобных кабинетов долбаными придурками из ФБР и для повышения их зарплат. Это понятно?
— Абфо-факин-лютно! — прорычал Джарвис в знак согласия.
— Я поддерживаю моего партнёра, мэм, — присоединилась Мартинес. — Нам также понадобятся несколько комнат для операционного центра и командного пункта в самой закрытой зоне Центра юстиции, какие только вы сможете выделить для нас. Написать на комнатах «склад» или что-то в этом роде и запечатать как можно плотнее. Необходимые коды отпирания на карточках-пропусках будут только у членов целевой группы. И, конечно, у вас. Наша собственная отдельная, полностью защищённая компьютерная система, без связи с любой другой системой, так что её невозможно будет взломать.
— Ты получишь всё это, — решительно сказала Хирш. — О'кей, сержант Мартинес, это твой шанс проявить себя. Используй его и обеспечь Портленду этот единственный большой арест, который освободит наш город от расистов и террористов, и тогда для тебя не будет преград. Облажаешься — сгоришь. Но есть одно условие, — добавила Хирш.
— А какое? — спросила Мартинес с некоторым беспокойством. Предварительные условия — это нехорошо.
— Если и когда ты получишь возможность поймать этого убийцу-снайпера, сукина сына Локхарта, так называемого «Бубновового валета», мне всё равно, что ещё ты сделаешь, но доставь его ко мне! — прорычала Хирш. — Этот ублюдок вчера убил моего друга. Меня не волнует, если ты при этом сорвёшь всю операцию. Мне нужны все девять жизней этого Кота. Давай приходи сюда в это же время завтра утром со своей набранной целевой группой и всеми мелочами, и начнём.
Добрармии потребовалось время, чтобы с имеющимися средствами проверить Кики и связаться с ней, что было к лучшему, потому та получила возможность взять себя в руки. Если бы они пришли к Кики через пару дней после первой встречи в квартире Джиллиса, она, возможно, разволновалась бы и сорвала свою игру. Как бы то ни было, сознание того, что она находится под постоянным наблюдением, заставило её собраться, удержаться от наркотиков и втянуться в обычную работу «синих воротничков» — вождение такси. Каждый день в четыре часа Кики шла в гараж и проверяла такси, брала всех пассажиров, которых изволил передать ей угрюмый и по-прежнему похотливо-озабоченный диспетчер Сингх, плюс любых клиентов с улиц или ехавших в аэропорт, имела дело с обычным потоком неприятных пассажиров и пьяниц. А закончив смену, садилась на автобус домой до парка домов-прицепов, где, наконец-то, смогла крепко спать ночью. Напряжение спало до приемлемого уровня, но по-прежнему изматывало её.