— Женщины-добровольцы по опыту знают, что лучше всего идти на задание с одной косой, которую можно заправить под воротник и за спину, — объяснила Кики. — Тогда волосы не мешают и не бьют по лицу, когда бежишь, прыгаешь и прячешься или целишься и тому подобное. И намного легче носить маску, и коса изменяет твоё лицо, если тебя видят или пишут на камеру. А когда выйдешь из соприкосновения с противником, то можно очень быстро распустить косу, при переодевании, и волосы как обычно падают на плечи, меняя твой внешний вид.
Внезапно телефон Эрики запищал. Она послушала и затем ответила: «Привет, Дженни. Ну, хорошо, сейчас поднимусь». Закрыла мобильник.
— Я должна вернуться в жизнь избранных, подняться наверх и ещё поболтать, перед тем, как опять спущусь и приготовлюсь к своему выходу. Ну, и удачи.
И вышла со смущённым видом.
— Ты у неё не попросила автограф? — спросил Уинго у Кики.
— Ещё одна богатая сучка, которая думает, как это круто вырасти на стоянке домов-прицепов у Мет Роу, — вздохнула Кики. — Что с этими девушками? Что только они воображают о бедности?
— Да ладно, Кот сказал тебе, что она решила стоять рядом с этими двумя пидорами, когда он начнёт? — спросил Джимми. — Она ставит на линию огня не только деньги и славу.
— Если она может стоять не шевелясь, смеяться и болтать на камеру, зная, что она в прицеле у Кота Локхарта, то у неё больше выдержки, чем у меня, — признала Кики.
Кот и Рандалл следили за разными шоу, предваряющими Оскара, щёлкая пультом с канала на канал и выискивая любые события, которые могли бы повлиять на план операции. Чуть позже трёх часов первые звёзды начали появляться у театра, фотографируясь и позируя во время шествия по красной ковровой дорожке. Из коридора снаружи всё громче слышались крики, смех, кудахчущие голоса, глухие звуки ударов и стук, когда любители вечеринок шли по коридору к лифту.
Эрика вернулась около четырёх. Все её гости сидели в гостиной комнате номера в смокингах. Звук телевизора был выключен, а Кики показывала всем большие глянцевые снимки разных боссов студий, актёров, режиссёров и важных шишек Голливуда. Она показала один снимок. «Арт Бернстайн!» — воскликнули несколько добровольцев. Показала другой. «Аллен Адлер!» — раздались крики узнавших. Кики показала ещё один снимок. «Сид Глик! «— выкрикнул Кот и остальные. Кики подняла ещё один снимок. «Питер Мандел!» — тут же раздались ответы.
— Это напоминает мне ту сцену в фильме «Тора, Тора, Тора!», где японские лётчики готовятся к нападению на Перл-Харбор, — изумленно покачала головой Эрика.
— Похожая ситуёвина. Как вечеринка наверху? — поинтересовался Рандалл.
— Пока довольно тихо, — ответила Эрика. — Одна мелкая передозировка наркотика, с которой справляется домашний доктор, и кого-то вывернуло на ковёр, но вообще только обычный трёп.
Большинство звёзд понимает, что они должны остаться в более-менее вертикальном положении в течение церемонии, так что они не включают рога, зная, что будут брошены в машину из «Бетти Форд» или потеряют миллионы а, возможно, и попадут в чёрный список банды Глика. Я должна переодеться в свой вечерний туалет на выход отсюда ко времени, которое для ведущих назначено на пять. Вы забрали всё, что нужно из второй спальни?
— Да-да, — кивнул Рандалл.
— Слава Богу, я никогда не любила большие модные причёски, — сказала она. — Я всегда была за простой внешний вид.
Она ушла в спальню и закрыла дверь. Простой внешний вид или нет, однако Эрике потребовалось почти пятьдесят минут, но когда она открыла дверь и появилась снова, все в комнате затихли. На Эрике было вечернее платье без рукавов из прозрачной серебристой парчи, туфельки на шпильках в тон, подходящая сумочка, нить жемчуга на шее, серебряный браслет и мерцающие бриллиантовые серьги. Её шелковистые волосы пшеничного цвета текли волной по белоснежным плечам, и даже лучший парикмахер Голливуда не смог бы сделать прическу прекраснее, чем это удалось ей самой с помощью щётки и зеркала.
— Так, по-моему, и выглядит кинозвезда, — одобрительно кивнул Локхарт.
— Если это простой внешний вид, хотел бы я видеть сногсшибательный, — заметил Рандалл.
— Подними свою дурацкую челюсть с пола, Джимми, — довольно резко бросила Кики.
— Я хочу, чтобы вы прислушались к моему совету сделать два шага назад, мэм, — искренне повторил Локхарт Эрике.
— Нет-нет, я всегда сама делаю трюки, — улыбнулась ему Эрика.
— Ладно. Просто помните, что я сказал.
— Один хороший вопль под запись для вечности, затем падаю на пол, откатываюсь под занавес с линии огня и прячусь за любое укрытие, какое только найдётся, — повторила Эрика.