— Они пришли и немного поговорили с Ленни в одной из кабинок, — рассказывала она. — И вдруг ни с того ни с сего забрали его в подсобку. Не похоже, что ему очень хотелось идти с ними. У меня были дела примерно в это время, а когда я вернулась в «Логово», всё гудело от патрульных машин полиции, и мигали их синие огни.
Раздался электронный звуковой сигнал.
— Что за хрень?
Она обернулась и увидела прямо за своей спиной второго добровольца с ручным металлоискателем в руке: тот спокойно проверял её, пока она говорила.
— Что в сумке, Кики? — спросил Макканн.
Кики нахмурилась и протянула ему сумку. Макканн сунул пистолет в кобуру и порылся в сумке, потом вытащил носок с замком внутри него.
— Тебе должно быть попадаются грубые клиенты, — заметил он, поднимая носок и возвращая обратно в сумку, которую протянул ей обратно.
— Да, а где, чёрт возьми, по-твоему, я заработала это? — сказала Кики, опережая следующий очевидный вопрос и указывая на ещё заметные синяки на лице, которые Джарвис поставил ей прошлым вечером.
— В общем, позже я услышала, что Ленни нашли мёртвым в переулке с пробитой головой. Это, должно быть, были те полицаи. Я вспомнила, что видела вас, ребята, раньше в тот день, а Джарвис — из Преступлений ненависти, и связала одно с другим. Подумала, что они пытались выбить у него что-то про вас, и поэтому приехала сюда вместо него, чтобы дать вам знать.
— Почему? — спросил Макканн.
— Потому что я хочу помочь вам, — ответила Кики.
— И с чего бы это?
Кики показала на себя.
— Ты знаешь, чем я занимаюсь. Любой дурак с глазами поймёт. Америка всегда трахала меня, и думаю, что пришло время вернуть должок.
— Что-то я не флышу длинной речи, как фемирный еврейфкий заговор сделал её шлюхой? — фыркнул Джарвис в фургоне в двух кварталах оттуда.
— Нет, нет, она играет точно! — возразила Мартинес. — Тихо!
— Ты — наркоманка? — спросил Макканн.
— Уже нет. Я завязала полгода назад и держусь, — ответила Кики.
— Как думаешь, Ленни сдал нас? — спросил второй.
Кики повела рукой вокруг.
— Ты слышишь сирены? Уверена, что не сдал.
— И почему мы теперь должны поверить твоему рассказу и доверять тебе? — вежливо спросил Макканн.
Она повторила жест.
— Я повторяю, вы слышите сирены? Слушай, я не жду, что вы посвятите меня во все ваши глубокие страшные тайны или что-нибудь подобное. Я в любом случае не хотела бы их знать. Но я готова помогать вам всем, чем могу.
Она вынула карточку «Логова Юпитера» из заднего кармана, одну из тех, что носила для клиентов.
— Мой мобильник на обороте. Я сделала то, зачем приехала сюда. Теперь я собираюсь уйти, а ты можешь позвонить мне в любое время, и я приду в любое место, которое ты назначишь, и сделаю всё, что скажешь. Или, если не веришь, то, давай, пристрели меня.
— Откуда ты знаешь, что мы просто не застрелим тебя? — спросил Макканн.
— Я не знаю, — сказала Кики. — Конечно, я думала об этом, но теперь мне всё равно. Если всё, что меня ожидает в Америке, это ещё 50 лет такого же дерьма, то лучше умереть сейчас и покончить с этим, прежде чем я в конце стану законченной старой больной пьянью, как моя мама, в 55 как в 75. Я решила, что стоит рискнуть.
Макканн посмотрел на второго мужчину.
— Она права, — сказал второй. — Не слышно никаких сирен, спецназ не бьёт ногами в дверь, а на ней нет жучков, насколько показывает прибор.
Макканн холодно улыбнулся.
— Ну, что бы ты там ни слышала, мисс, мы, в самом деле, не убиваем людей без причины, поэтому я думаю, мы оправдаем тебя за недостатком улик. Я — товарищ Смит. Уинстон Смит.
— Я не помню никакого Фмита в наших делах по Добрармии, — наморщив лоб, пробормотал Джарвис в двух кварталах в фургоне наблюдения.
— Я объясню тебе позже, — сказала Лэйни, закатывая глаза. — Но этот умник должен помнить, что в романе «1984» Большой Брат в конце поймал Уинстона Смита.
— 1984? Не, по голофу он не такой фтарый, чтобы иметь фудимость так давно, — решительно сказал Джарвис.
— Тихо! — снова рявкнула Лэйни.
В квартире Джим Макканн продолжил официальное представление.
— А это Ударник, — сказал он, указывая на рыжебородого.
— Понятно, твоя уличная кличка, — сказала Кики.
— В самом деле, это характер моей работы, — сказал Ударник с мальчишеской и лишь чуть сумасшедшей усмешкой.
Макканн продолжил:
— Теперь, так как ты хочешь выполнить свой патриотический долг перед СевероЗападной Республикой, помогая нам, я не думаю, что покойный мистер Джиллис говорил тебе что-нибудь о партии товара для нас, что у него была?