Леонов прикинул, какими возможностями располагает. Из потрепанных батальонов Орехова и Боридько можно наскрести пятнадцать танков. Мало, чертовски мало…
Леонов подозвал связного.
— Танк, который охраняет штаб бригады, пусть присоединится к остальным!
— А как же штаб? — спросил кто-то из офицеров.
Леонов сердито буркнул:
— Проживет и так. В крайнем случае — повоюет.
План Леонова оказался правильным, внезапной атакой Высокополье было очищено от врага, железную дорогу Харьков — Полтава снова оседлали танкисты.
Вскоре бригаду по приказанию командира корпуса перебросили в район поселка Мирное. Здесь отчаянно дрались с врагом части 90-й стрелковой дивизии. Пехотинцам приходилось туго, фашистские танки прорвали боевые порядки и на левом фланге утюжили окопы, раздавили и засыпали несколько ячеек.
Бригада «Революционная Монголия» с марша вступила в бой. Измученные, с воспаленными от бессонницы глазами, закопченные, смертельно усталые танкисты Орехова и Боридько, еще не остывшие от трудного боя в полном окружении, снова приникли к орудиям, смотровым щелям. Стрелок головного танка, ворвавшегося в разрушенный поселок, с ходу ударил по переползавшему улицу немецкому танку. Подкалиберный снаряд попал в борт.
— Есть!
Из развалин, за которыми змеились траншеи стрелков, послышалось «ура», но танкисты уже проскочили дальше. Вслед за головной машиной неотступно шли остальные. И здесь, в центре горящего поселка, танки попали под огонь «тигров» и противотанковых пушек.
К вечеру батальон Орехова потерял все свои машины. Уцелевшие экипажи вместе с остатками стрелковых подразделений отходили к соседнему поселку. А батальон Боридько еще дрался. У комбата оставалось всего семь танков, оборонявшихся на северном берегу неширокой реки. Понимая, что Боридько долго не продержится, полковник Леонов вызвал командира батальона автоматчиков капитана Усанова.
— Сколько у тебя людей?
— Сорок один, товарищ полковник.
— Поможешь Боридько. Он на том берегу.
— Есть!
Автоматчики редкой цепью подобрались к окраинам поселка. Пехота кинулась в атаку. Закипел рукопашный бой, в течение нескольких минут гитлеровцы были выбиты из поселка. Им в голову не приходило, сколь малочислен противник; сгустившийся сумрак удесятерял силы наших бойцов, их автоматы строчили отовсюду: из полузасыпанных окопов и траншей, из-за торчавших в небо прокопченных печных труб.
После полуночи гитлеровцы перебросили к Мирному подкрепление на бронетранспортерах и ворвались в поселок. Населенный пункт, который теперь именовался лишь условно — все дома разрушены и сожжены, — никак не оправдывал своего названия и переходил из рук в руки.
А на рассвете уцелевшие пехотинцы передавали друг другу радостную весть.
— Танки! Бригада получила танки!
Если бы знали бойцы, что это были за танки и сколько их! Шесть подремонтированных машин передали танкисты 200-й бригады, а два танка ввели в строй героические ремонтники во главе с их командиром-вахтанговцем Сеней Варимым. И снова, в который раз, добром помянули танкисты славных добровольцев — артистов театра имени Вахтангова; артисты и на фронте были мастерами своего дела.
Танки помогли вывести из полуокружения тех, кто уцелел в яростных схватках за Мирный. Полковник Леонов, воспользовавшись затишьем, намеревался дать бойцам короткий отдых. Но тут доставили срочный пакет. Разорвав конверт, прочитал приказ командования и сдвинул брови:
— Срочно отходить на север.
— Как?! К Богодухову?
— Да! Изменилась обстановка. Немцы заняли Ахтырку.
Положение складывалось тревожное. На участке обороны 27-й армии гитлеровцы, сосредоточив на узком участке до семидесяти танков, прорвали фронт. Противник стремился развить маневр.
— Взгляните на карту, — сказал Леонов окружающим его командирам. — Немцы хотят фланговым ударом отсечь наши войска, наступающие на Харьков. Отчасти им удалось осуществить этот замысел, смотрите, как они продвинулись, вышли на рубеж Веселый Гай, Каплуновка.
Отходя на север, бригада вела ожесточенные бои. Немцы продолжали преследование, не давали возможности оторваться. Утром пришлось отходить в район совхоза «Ильичевка». Здесь противник атаковал особенно сильно.
— Дальше отходить нельзя! Надо контратаковать!
Полковник Леонов собрал оставшиеся танки и сам повел их в контратаку. На каждую тридцатьчетверку приходилось несколько вражеских машин, но все-таки наши воины отбили натиск противника.