...В окрестностях парка Уилламетт на рассвете сгорел дотла особняк, принадлежащий владельцу банка «Корвус» Ричарду Рейвену. Полиция Портленда подозревает умышленный поджог. Сам мистер Рейвен объявлен в розыск. Если в настоящее время он видит это сообщение, его просят срочно связаться с портлендским полицейским управлением по телефону номер...
Мы с Вороном крепко надрались тогда. И на следующий день тоже. И на третий. Благо деньги у нас были. На три с лишним тысячи баксов мелкими купюрами можно пить долго. Мы смотрели выпуски новостей, не пропуская ни одного, играли в тонк и пили.
Были краткие моменты просветления. В один из таких моментов я позвонил Марвину Шеду - не с айфона, который выключил в первый же день, а с уличного телефона-автомата. Изложил версию насчет сестры-близнеца. Каштан выразил умеренную радость, но советовал не обольщаться уж слишком - как он образно выразился, «ЦРУ никогда не позволит раскапывать могилы своих спецагентов».
- Даже если в них никто не лежит? - горько пошутил я.
- Особенно если в них никто не лежит, - совершенно серьёзно ответил Шед.
Взамен он рассказал мне о Душечке. У нее, сказал Шед, двойной перелом челюсти, сотрясение мозга, множественные ушибы внутренних органов и тяжелое отравление угарным газом. Еще ее, похоже, пытались изнасиловать. Она в сознании, но никого не узнает. И ничего не говорит. Федералы содержат ее под круглосуточной охраной.
В другой раз, когда относительная трезвость вернулась ко мне, я обнаружил, что с нехорошим интересом смотрю в ствол «вальтера-ПП», того самого, из «тревожного рюкзака» Леди. Откуда-то сбоку возник Ворон. Он отобрал у меня пистолет и набил морду.
Кстати, я никогда не упоминал в Анналах, что успел побывать законченным алкоголиком, но завязал с помощью друзей - и не в последнюю очередь Леди?
Наши дни тонули в вязком болоте алкоголя, плохих новостей и тяжелого похмелья. И так продолжалось до тех пор, пока к нам в дверь не постучался покойник.
...На вывеске заведения красовалось «Ночной клуб Трэкс», хотя на самом деле это был попросту дерьмовый придорожный мотель. Согласно нынешним порядкам, уже в два часа ночи дискотека прекращалась, и закрывался бар. Никаких тебе зажигательных танцев до утра и никакой грохочущей музыки на полквартала. До чего же измельчало все. Сделалось пресным, унылым и подконтрольным.
Владелец мотеля, старый добрый Некки-Висельник, конечно же, был не рад. Но и насрать на Некки. Он должен Соул больше, чем сможет заработать за всю свою херову жизнь, и не деньгами. Он это знает, и он знает, что такое Соул. А уж Доминика Некки-Висельник боится до мокрых подштанников. Поэтому он понятливо затолкал свое недовольство в свою же толстую задницу и сделал вид, будто все идет по плану. Вот и молодец. У Павших все под контролем. Лично у Соул всегда все под контролем.
Здесь, во Фресно, они наконец смогут перевести дух. Ненадолго, только пожрать, умыться, выпить чего-нибудь бодрящего, и снова в путь. На автостоянке их дожидается здоровенный трейлер-автодом. Соул заказывала «Терру», но парням удалось поймать только потрепанную жизнью «Монтару» - такая досада, нынче неурожай на трейлеры. Впрочем, «Монтара» тоже хорошо. «Монтара» сойдет. Соул не спрашивала Очибу, что они сделали с предыдущими владельцами трейлера. Неинтересно.
Что ж, здравствуй, дорога - за руль и вперед по хайвею. Сотня миль в час, пока на обочине не замерцает указатель «Солт-Лейк-Сити». Здесь, на Западе, они сделали все, что могли. Раздали долги и прихватили в Мерседе мелочевки на текущие расходы.
Дело в Мерседе стряслось внезапно и резко, как понос. Зоркая Шейла углядела банк и стоящий у входа инкассаторский броневик. Какого хера, сказала она, просто сделаем это прямо сейчас. Будет круто, сказала она. Веселее, чем на школьной дискотеке.
Когда Шейла говорит, это нужно видеть. Пальцы так и пляшут, глаза горят. Немая Шейла говорит лучше, чем все те кислые ублюдки, которых Бог зачем-то наделил даром речи.
А Боунз ничего не сказал. Просто выволок из-под сиденья свое тяжеленное чудище и влупил от бедра ружейной гранатой. Отличный парень Костоглод, сразу вписался в команду как родной. И с Шейлой у них любовь с первого взгляда. Когда Боунз дрючит Шейлу в трейлере, рессоры так и ходят. И похер, что Шейла дает только в задок. Боунзу так даже слаще. Он привычный еще с армейки, а тюряга только усугубила. Прекрасная пара, он и Шейла.
Инкассаторы, тупые мудаки, даже не успели понять, что их ударило. Только один, за рулем, успел закрыть стальные жалюзи, ну и хер с ним. Подумаешь, прожил на целых пять минут дольше - Ревун, умелец на все руки, вмял полоску «Семтекса» по шву дверцы. «Fire in tne hole!» - и привет. Соул Ревуна тоже любила. Даром что он контуженный на всю башку, и пироманьяк к тому же. Никто лучше его не управляется со всем, что ездит, или горит, или стреляет. Как он суку Уиспер аннигилировал в ее собственной норе, любо-дорого поглядеть. Инкассаторская консерва вскрылась на раз, как спелая дыня под ножом. Поллимона зелененьких бумажек. “E-easy money!”