Немного повертев фото, она взяла следующее и вздрогнула – на нем был все тот же Антон Дмитриевич с той же молодкой, но теперь они смотрели прямо в объектив. И Анну осенило!
– Алена, – еле слышно прошептала она.
– Где? – удивился Степан.
Анна сунула ему под нос снимок и ткнула пальцем в блондиночку.
– Да не-ет, это, вероятно, одна из его подружек, я видел ее на презентации, правда с приличного расстояния. Наш Антон Дмит… – Степан осекся на полуслове. – Неужели Алена?! Но ее же тут невозможно узнать.
– Я абсолютно уверена, что это она, – заявила Анна. – Узнать ее, конечно, очень трудно, все сделано специально, и прическа совсем другая, и цвет волос…
– И как только ты догадалась? – Степан внимательно изучал фотографию. – Парик что ли нацепила, да еще намазалась…
– Я тоже не сразу узнала, у Кирилла Львовича в магазине было темновато, но я запомнила ее глаза и взгляд, отрешенный такой, обреченный даже.
Из коридора послышалось цоканье каблучков, и в комнату влетела секретарша.
– Вам что-нибудь нужно? – недовольно спросила она, увидев, что Степан и Анна топчутся у ее стола.
– Нет, спасибо. – Евграфов не двинулся с места. – Скажите, а что это за снимки, откуда они?
– Это вчерашняя презентация, только что принесли. Антон Дмитриевич заказывал на память.
– Ну так… и где сам Антон Дмитрич? – тоном следователя по особо важным делам поинтересовался Степан, многозначительно переглянувшись с Анной.
Секретарша снова как и в первый раз заохала, закудахтала и воскликнула:
– Антон Дмитриевич уехал, срочные дела возникли. Просил его извинить, но отложить их никак не мог. Мне очень жаль, что заставила вас ждать. Может, хотите кофе?
Степан, не удостоив ее ответом, раздраженно вытащил мобильник и набрал номер Батищева – абонент недоступен.
– Забавно, – выдал он свое коронное и, подхватив Анну под локоть устремился к выходу. При этом она проворно сунула за пазуху несколько снимков, которые держала в руках, как-то само собой получилось.
– А ты воришка заправский, – шепнул Степан, прекрасно все заметивший.
Анна открыла было рот, чтобы дать ему достойную отповедь, но Степан легонько пихнул ее в бок и заулыбался:
– Ничего, я люблю таких.
Когда они, покинув «аквариум», снова оказались на Арбате, Анна спросила:
– Так значит, Антон Дмитриевич знаком с внучкой Кирилла Львовича?
– Получается, да.
– И не просто знаком, а даже водил ее на вернисаж?
– Вот именно.
– Интересно, – Анна призадумалась. – Зачем ей понадобился жуткий парик и столько косметики?
– По-моему, все просто, как две копейки, – ответил Степан. – Не хотела, что бы ее кто-нибудь узнал, вот и загримировалась.
– Но кто ее мог там узнать?
Вместо ответа Степан подвел Анну к палатке с прохладительными напитками. От кофе в офисе он отказался, а пить хотелось, ночные возлияния давали о себе знать. Прихватив минералки, они продолжили путь.
– Так кто ее мог там узнать? – снова спросила она.
– Не имею понятия. Но то, что Алена очень не хотела быть узнанной, это точно. – Степан откупорил бутылку, и она тут же наполовину опустела.
– Может, Алена этого «кого-то» боялась? – предположила Анна.
– Ну-у, если б она так уж сильно боялась, то вовсе не пошла бы в галерею. Интересно, зачем Алена вообще туда ходила?
Анна всплеснула руками.
– По-моему, и это просто и понятно, как те же две копейки, – бойко ответила она. – Чтобы посмотреть на пейнит! Зачем же еще? Ведь она наверняка в курсе истории про проклятие. Дед, конечно, рассказывал ей, что они из рода самих Романовых, и, как он считал, ее родители погибли именно из-за этого проклятья… Вполне естественно, что девочке захотелось взглянуть на свое наследство, на камень, который стал причиной смерти ее отца и матери. А что, вполне реально… и я бы тоже так сделала.
Степан внимательно ее выслушал и опустошил бутылку до дна.
– Да, скорее всего так и есть. Но вот то, от кого она хотела скрыть свое появление на выставке, мне кажется самым интересным и важным. Возможно, что именно в ответе на этот вопрос и кроется разгадка всей истории.
Анна вынула из-за пазухи украденные фотографии и, еще раз взглянув на Алену, переложила их к себе в сумочку.
– А не приложил ли руку к ограблению наш Антон Дмитриевич? – спросила она. – Ведь не случайно же Толик, который вкалывал у него на даче, оказался на презентации и потом драпал от нас, как черт от ладана. Не слабый серпантинчик завивается…