— Может, сбегать за мороженым в тот киоск? — предложила Виктория.
— О чем ты говоришь? — с поддельным возмущением произнесла Дина Сергеевна. — Тот киоск! То мороженое! Они остались в моем далеком детстве! Как, впрочем, и все, что происходило в далеком прошлом. Так и для твоей бабушки. Пойдем, — поднялась она, — посмотрим, чем они занимаются.
Натали с Ульяной Львовной они нашли в той самой комнате со старыми вещами.
— В этой комнате жила бабушка Софья, — объяснила Ульяна Львовна. Вернее, для меня она была прабабушкой.
Виктория с интересом оглядела комнату. Старинный комод, платяной шкаф, круглый стол — все было черного цвета. Виктория провела рукой по резной ножке стола.
— Раньше такая мебель стоила очень дорого, — заметила Натали, открывая дверку шкафа. — Не каждая семья могла себе позволить такую роскошь, а сейчас уже жучок подточил дерево.
Внутри шкафа были сложены стопкой картонные коробки и посылочные фанерные ящики. На каждой коробке и на каждом ящике было написано, что там лежит. «Не хватает только картотеки, — подумала Виктория, — вот бы мне у себя такой порядок навести!»
— Здесь всякие безделушки, — Ульяна Львовна показала на раскрытую коробку. — А вот здесь, — она выдвинула тяжелый ящик комода, — елочные игрушки. Здесь есть очень старые. Наверное, еще твои, — немного помедлив, Ульяна Львовна добавила: — мама!
Виктория обратила внимание на эту паузу и подумала, что Ульяне Львовне тоже с трудом дается это слово. Натали достала по очереди несколько шаров из цветного стекла.
— Нет, эти шарики уже мне покупали. А вот эта игрушка, — Ульяна Львовна протянула ей снегурочку на железной прищепке, — это твоя!
При виде слез Натали Виктория вышла из комнаты. Дина Сергеевна вышла следом.
— Смотреть на это тоже выше моих сил!
То же самое произошло, когда Натали увидела в сарае старенькие, покрытые лаком расписные деревянные санки и свою детскую кроватку.
— Когда я стала постарше, то стеснялась на таких санках кататься, — призналась Ульяна Львовна. — Все уже катались на легких алюминиевых, а мне не хотели покупать. Зато лыжи у меня были с настоящими креплениями.
— А у меня — с ботинками, — вспомнила Дина Сергеевна. — Коньки тоже на ботинках были!
— Мне не купили, дорого. Я на «снегурочках» каталась, — вспомнила Ульяна Львовна.
Неизвестно, о чем подумала Натали, но она снова всхлипнула.
— Просто в твои времена все катались на «снегурочках», — исправляя ситуацию, заметила Дина Сергеевна.
Виктория подумала, что она могла провести свое детство в этом доме. «Может быть, меня тоже укладывали бы спать в эту кроватку, а зимой катали бы в этих деревянных расписных санках? Летом я бегала бы по саду, срывая яблоки со старых яблонь. Нет, тогда яблони были не такими старыми. — Она вспомнила свое детство, дачу, родителей, воспитавших ее. — О чем мне жалеть? В моем детстве все было хорошо. Родители меня любили, баловали, покупали игрушки, когда было нужно — шлепали. В общем, все было, как положено…»
Вскоре опять появились гости, и опять потекла беседа.
В основном опять рассказывала Натали, а гости исподтишка разглядывали ее и ахали в нужных местах.
Дина Сергеевна вызвала Викторию на кухню.
— Что-то, дамы, вы часто выходите на перекур, — заметил Олег, уплетавший на кухне блинчики с густой деревенской сметаной.
— Не угадал, сынок. На этот раз мы будем полоть клумбу. Если хочешь, можешь к нам присоединиться!
— Нет, дамы, я лучше пойду, покурю. А клумбы полоть — не царское это дело!
— Тогда можешь покрасить забор, — предложила Виктория.
— Який забор? — возмутилась Нюра. — Чаво яво красить? У прошлом году красили! — неодобрительно проговорила она и неожиданно сунула Олегу прямо в лицо кукиш.
— Ты что, родственница? — отпрянул Олег.
— Ячмень тама, во что! — Нюра окинула взглядом развеселившуюся компанию и, что-то приговаривая себе под нос, удалилась.
— Да нет у тебя никакого ячменя, — успокоила сына Дина Сергеевна.
— Конечно, нет! Его же Нюра полечила! — продолжала смеяться Виктория.
— Так я что, за лечение ей теперь должен?
— Ладно, хватит, молодежь, пора за дело приниматься.
Виктория с Диной Сергеевной вышли во двор. Дина Сергеевна шагнула в густую траву и раздвинула ее руками.
— Что ищем? — подошел к ним Олег.
— Здесь были пионы. А вон там, — Дина Сергеевна указала под вишню, — ландыши.