— Кроме шуток, если есть время — приезжай, я тебе кое-что поведаю!
Лариса приехала с Альбиной.
— Торт привезли? — загораживая проход, грозно спросила Виктория.
— А как же! Только мы слышали, что ты там отравилась. Может, тебе нельзя?
— Что вы понимаете в лекарствах, дорогие мои подруги! — Забрав у Ларисы торт, она пошла на кухню. — Что будем, чай или кофе?
— Может, начнем с твоих приключений?
— Тогда совместим чай с приключениями. Располагайтесь на диване, я все принесу сюда.
Разлив чай по чашкам и разложив куски торта по тарелочкам, Виктория попросила:
— О том, что я вам сейчас расскажу, никому ни слова, договорились?
Подруги торжественно пообещали, и она приступила к рассказу.
Виктория рассказала все подробно: и о сцене в гараже, и о записке с угрозой, и о железке, подложенной под колесо.
— Куда вы не должны были ехать?
— В деревню Вавиловку. Дело в том, что мой прапра… — Виктория, загибая пальцы, пыталась подсчитать, сколько раз нужно повторить это самое «пра», — короче, отец моей прапрабабушки Софьи, Еремей Вавилов, был богатым помещиком. Кроме Софьи у него была еще дочь Елизавета.
Поведав о том, как Софья растила и свою дочь, и дочь Елизаветы, Виктория достала большой почтовый конверт.
— В этом конверте письма, которые мне отдала двоюродная сестра Натали Надежда Минаева. Кроме того, Надежда познакомила меня с пацаном по имени Борис. Очень интересный этот Борис. Я предположила, что гараж, записка и железяка — это его рук дело. Хотела разборки устроить, а Надежда приказала его не трогать.
— Приказала? — удивилась Лариса.
— Вот именно — приказала! Старушка еще та командирша. Я, конечно, когда от нее ушла с письмами, решила Бориса найти. Помириться с ним и велосипед попросить, чтобы домой уехать. Нашла случайно его жилье, такую халабуду, построенную из подручных материалов. Так вот, зашла я в эту халабуду, а он меня закрыл снаружи.
— А ты?
— Я попыталась выбраться и случайно нашла лаз в подвал. Ну, и, естественно, туда спустилась.
— Это для тебя более чем естественно, — заметила Лариса, — и, обрати внимание, совершенно случайно!
— Не смеши, Ларис, — попросила Альбина, — а то у меня после ваших приколов морщинки мимические появляются. Так что там было, в подвале?
— В том-то и дело, что ничего уже не было. Но, думаю, Борис там что-то нашел. Поэтому он и не хотел, чтобы мы приезжали в деревню к Надежде.
— Ты все-таки его подозреваешь?
— Подозреваю, потому что в гараже от человека пахло точно так же, как от Бориса, — подвалом.
— Вернемся к подвалу.
— Хотелось бы вернуться, конечно, потому что в тот раз я ничего там не нашла. Думаю, что нужно поискать.
— Я не в буквальном смысле. А ты, я вижу, хочешь вернуться туда с лопатой и рыть землю?
— Почему лопатой и почему сразу рыть? Там часть стены кто-то заложил кирпичом.
— Борис?
— Похоже, что он. И я думаю, что книгу тоже он в музее стащил.
— А как же охрана?
— Какая охрана? Знаете, что Нюра сказала по поводу этой кражи? «Чаво там брать — черепушки одни!»
Посмеявшись, снова вернулись к рассказу Виктории. Лариса для начала предупредила:
— Насчет подвала не советую. Жаль, конечно, что я пообещала никому ничего не рассказывать.
— Да, Вика, в подвале тебе делать нечего, — поддержала Альбина, — расскажи лучше, что в этих письмах интересного?
— В общем, прочитала я все письма, но насчет себя я ничего не поняла. И не поняла, почему Надежда не отдала их Натали. Чтобы это выяснить, опять поехала в Вавиловку, искать ответы на свои вопросы. Так она мне пыталась рассказать о том, что грехи — это те же самые долги. Только я никак не могу понять, при чем здесь я?
— Альбина, это по твоей части, — кивнула Лариса на подругу, — объясни!
— Так, девушки, приехали! Оказывается, грехи, Альбина, — это по твоей части? Когда ты успела нагрешить?
— Вик, когда ты станешь серьезнее? Все не так просто, как тебе кажется. Недаром тебя Надежда предупредила, — заметила Альбина. — Дай-ка чистый лист, — попросила она.
— Нам нужно рассмотреть две ветки. Первая: Софья, Мария, Натали, Ульяна, Виктория. Вторая: Елизавета, Мария, Натали, Ульяна и опять-таки Виктория. В любом случае ты, Вика, в конце. Так вот, тебе Надежда пыталась объяснить, что ты в ответе за грехи своей прабабушки, Софьи или Елизаветы.
— Что же мне теперь делать? За чьи грехи отвечать? — нахмурив брови, строго спросила Виктория. — А?
— Опять ты все в шутку переводишь. Я думаю, что нужно тебе к экстрасенсу обратиться, — предложила Лариса. — Ты, Альбина, что думаешь?