— Лучше быть не может.
— Заходите еще. — Он подозвал официанта, — Сэм, спросите моих друзей, что бы они хотели выпить с кофе, — и, улыбнувшись в последний раз, он направился к другому столику.
Тиффани заказала «Стингер», Бонд сделал то же.
Когда принесли ликер и кофе, Бонд возобновил прерванный разговор.
— Послушайте, Тиффани, — сказал он, — это алмазное предприятие выглядит достаточно солидным, и почему бы нам не продолжить там работу? Два или три путешествия в год принесут нам немало денег. Разве этого будет недостаточно, чтобы избавиться от вопросов в таможне?
Но на Тиффани это не произвело впечатления.
— Попробуйте сказать это Эй-Би-Си, — сказала она. — Я повторяю, что эти люди не дураки. И они ведут большое дело со своими людьми. У меня никогда не было одного и того же перевозчика дважды. И я не единственная, кто совершает эти поездки, и больше того, я совершенно уверена, что мы были не одни в этом самолете. Был кто-то, кто следил за нами обоими. Они дважды проверяют самую мельчайшую деталь в работе. — Она была раздражена его недостаточно серьезным отношением к ее партнерам, — И я никогда даже не видела Эй-Би-Си, — продолжала она. — Я просто набираю номер телефона в Лондоне и получаю все приказания от магнитофона. То, что я передаю, тоже записывается на магнитофон. Я повторяю вам, что все это проходит поверх наших голов. Вот вам ваша прекрасная страна с кражами со взломами! — Она была совсем подавлена. — Боже, будет ли когда-нибудь конец этому!
— Понимаю, — сказал Бонд, раздумывая, каким бы путем узнать у нее телефон Эй-Би-Си. — Кажется, у них все четко продумано.
— Можете быть в этом уверены, — ответила девушка. Предмет разговора иссяк. Она посмотрела на бокал со «Стингером» и выпила его до дна.
Бонд почувствовал легкое опьянение.
— Хотите пойти еще куда-нибудь? — спросил он, понимая, как много значит для него этот вечер.
— Нет, — мрачно проговорила она, — отвезите меня домой. Почему, черт возьми, вы не могли придумать другую тему разговора, кроме как об этих проклятых бандитах?
Бонд расплатился, и они молча спустились вниз и вышли из прохладного ресторана в душную ночь на улицу, наполненную резкими запахами бензина и горячего асфальта.
— Я тоже остановилась в «Асторе», — сказала она, когда они сели в машину. Она забилась в дальний угол заднего сиденья и сидела согнувшись, опершись подбородком о согнутые руки и глядя на сумасшедшее мелькание неонового света.
Бонд молчал, он смотрел в окно и проклинал свою работу. Он хотел бы сказать этой девушке: «Послушай, пойдем со мной, и ничего не бойся. Это не будет хуже, чем уже было». Но если она скажет «да», то ему придется снова заставить ее страдать. А он не хотел быть жестоким по отношению к ней. Его работа заключалась в том, чтобы использовать ее, но что бы ни диктовала ему. необходимость, один путь для него был закрыт: влюбить в себя девушку и пользоваться этим для достижения своей цели.
Они подъехали к «Астору», и Бонд помог Тиффани выйти из машины. Молча они поднялись по ступенькам — после несуразного вечера, окончившегося чуть ли не ссорой, взяли у портье ключи, и она сказала, обращаясь к лифтеру: «Пятый».
В лифте Тиффи стояла, повернувшись лицом к дверям, и Бонд видел, что суставы пальцев, держащих сумочку, совсем побелели. На пятом этаже она быстро вышла из лифта, ничего не сказав, когда Бонд последовал за ней. Они несколько раз повернули по коридору, пока не дошли до дверей ее комнаты. Девушка наклонилась, вставила ключ в замок и распахнула дверь. Потом, стоя в дверях, она обернулась к нему.
— Послушайте, вы, Бонд!..
Это звучало как начало ссоры, но она сразу замолчала и прямо посмотрела ему в глаза. Бонд увидел ее влажные ресницы. И вдруг, обхватив его руками за шею, Тиффани прижалась лицом к его лицу.
— Позаботьтесь о себе, Джеймс, я не хочу потерять вас. — Затем она притянула его голову к себе и поцеловала в губы неистовым и жарким поцелуем, лишенным всякой нежности. Но когда Бонд попытался обнять и поцеловать ее, Тиффани немедленно отстранилась… и момент был упущен.
Держа ручку двери, она обернулась, чтобы взглянуть на него, и в глубине ее глаз угадывался страстный блеск.
— А теперь уходите, — решительно сказала девушка и захлопнула дверь.
Глава 10
«Студиллак» в Саратоге
Джеймс Бонд провел большую часть субботы в номере с кондиционированным воздухом. Он избегал жары. Составляя телеграмму председателю «Универсального экспорта», он использовал простой код, основанный на том, что был шестой день недели и четвертое число восьмого месяца.