— Черное, — сказал Бонд.
Мужчина бросил один жетон в 5000 долларов на черное и снял ставку Бонда с красного.
Вокруг стола стало шумно. Подошли еще несколько наблюдателей. Бонд почувствовал на себе любопытные взгляды, но он смотрел через стол в глаза полицейского. Они были враждебны, как глаза гадюки, и все же немного испуганны.
Бонд слегка улыбнулся ему. Рулетка закрутилась, раздался грохот маленького шарика, и он остановился.
— Семнадцать. Черное. Нижние и нечетные, — сказал крупье. Послышался вздох толпы, и голодные глаза проследили, как перед Бондом положили большой жетон.
«Еще раз, — подумал Бонд — но только не сейчас».
— Я сейчас не буду играть, — сказал он крупье. Тот посмотрел на Бонда и с помощью лопатки придвинул ему его ставку. Рядом с полицейским появился человек, смотревший на Бонда светлыми глазами тяжелым взглядом. Сигара в центре красных губ торчала как ружье и была направлена на Бонда. Большое неподвижное квадратное тело в синем смокинге. У него было сходство с тигром, следящим за добычей и опасающимся ее. Бледное лицо напоминало цветом слоновую кость. Но он был похож на своего брата в Лондоне прямыми сердитыми бровями, короткой стрижкой жестких волос «под щетку» и тяжелым, выступающим вперед подбородком.
Колесо снова закрутилось, и глаза устремились к нему. Шарик попал в одно из двух отверстий в колесе, и Бонд порадовался, что пропустил эту игру.
«Теперь в последний раз, — подумал он, — а затем прочь отсюда с 20 000 долларов Спенга». Он взглянул на своего хозяина: красная линия рта и сигара в центре ее были все так же устремлены на него, но на бледном лице ничего нельзя было прочесть.
— Красное! — Бонд протянул крупье 5-тысячный жетон и проследил, как он скользнул по столу.
Не слишком ли он положился на свою удачу? «Нет, — с уверенностью сказал себе Бонд, — все будет в порядке».
— Пять. Красное. Нижние и нечетные, — сказал крупье.
— Я заберу ставку, — сказал Бонд, — и благодарю за доставленное удовольствие.
— Приходите снова, — спокойно проговорил крупье.
Бонд сунул руку с четырьмя выигранными жетонами в карман пиджака и стал пробираться через толпу, окружавшую стол, направляясь через зал к кассе.
— Три банкноты по пять тысяч и пять по одной, — сказал он кассиру. Мужчина взял четыре жетона Бонда и отсчитал банкноты. Бонд положил их в карман и подошел к почтовому киоску.
— Конверт авиапочты, пожалуйста, — сказал он, подойдя к письменному столу, стоявшему около стены, вложил в конверт три банкноты по пять тысяч долларов и написал на конверте: «Личное. Директору Универсального экспорта, Риджент-Парк, Лондон». Затем он купил в киоске марки, наклеил их на конверт и опустил его в ящик с надписью: «Почта США» в надежде, что там конверт будет находиться в безопасности.
Потом он посмотрел на часы. Было без пяти двенадцать. Он в последний раз осмотрел комнату и заметил, что за столом Тиффани Кейс появился новый человек, сдающий карты, и что нигде не было видно мистера Спенга. Бонд вышел через стеклянную дверь на жаркую, душную улицу, прошел через лужайку к зданию со спальными комнатами, вошел в свою комнату и запер за собой дверь.
Глава 18
Под прикрытием ночи
— Как дела?
Был вечер следующего дня, и машина Эрни Курсо медленно ехала по «Стрипу» в направлении к деловой части Лас-Вегаса. Бонду надоело ждать, когда что-нибудь произойдет, и он позвонил агенту Пинкертонов и предложил ему встретиться и поговорить.
— Неплохо, — ответил Бонд. — Вытряс из них на рулетке кое-какие деньги, но мне кажется, что это мало беспокоит нашего друга. Говорят, у него много лишних денег.
Эрни Курсо фыркнул.
— Я бы сказал, — заметил он, — что у этого парня их столько, что ему не надо носить очки, когда он ведет машину. Ветровое стекло его «кадиллака» сделано по предписанию окулиста.
Бонд засмеялся.
— Сколько же денег он потратил на это?
— Он сумасшедший, — ответил шофер, — без ума от старого Запада. Он купил себе целую улицу призрачного города на Хайвей, 95 и полностью перестроил это место: сделал деревянные тротуары, причудливый бар, деревянный отель, в котором он поселяет своих парней, и даже старую железнодорожную станцию. Недалеко от этого места находится возвышенность, она называется Спектрвилл, там производилась добыча серебра. Около трех лет назад они из этих гор добывали и отправляли по железной дороге серебро в Риолит, который находится приблизительно в пятидесяти милях отсюда, делая на этом миллионы долларов. Риолит — еще один призрачный город. Сейчас — это туристский центр. Он построил там дом из бутылок из-под виски. Этот город был временным пунктом, откуда серебро доставлялось на побережье. Спенг купил себе старый паровоз, когда проложили железную дорогу, и держит его на станции «Спектрвилл», катает на нем своих приятелей в Риолит и обратно. Он сам ведет поезд, и там есть все: шампанское, игра, оркестр, девушки! Вот как они развлекаются. Должно быть, это интересно. Сам я этого ничего не видел: туда совершенно невозможно подобраться близко. Да, сэр, — шофер опустил боковое стекло и с чувством плюнул на дорогу, — вот как мистер Спенг тратит свои деньги. Я вам уже сказал, что он сумасшедший.