У меня даже появилась гребаная совесть.
И… сердце.
Моя жизнь больше не связана с грубой силой. Я не чувствую себя сильным, зато чувствую живым. Из-за Роуз я ослаб, но теперь чувствую вкус к жизни. Тем не менее, обстоятельства требуют, чтобы я пока оставался сильным.
– Ты закончил?
Я отрываю взгляд от макарон на вилке и смотрю на Эстер с пустой тарелкой в руке. Роуз тоже смотрит на меня, делая глоток вина. Разве я закончил? Опускаю взгляд на тарелку. Я почти не притронулся к ужину. Просто у меня нет аппетита, но не из-за качества еды, а из-за мыслей. Отложив вилку, я протягиваю ей тарелку.
– Спасибо.
– Ты почти не поел, – замечает Роуз, ставя пустой бокал на стол. – Тебе нужно поесть.
Я приподнимаю бровь, беру бокал и откидываюсь на спинку стула.
– Я предложил тебе выйти замуж, но это не значит, что ты должна меня пилить.
Хмурый взгляд Роуз очарователен, как и тихий смешок Эстер, которая загружает грязную посуду в посудомойку. Роуз поджимает губы, сдерживаясь, чтобы не выдать едкую реплику.
– Я и не знала, что ты умеешь готовить, – говорит Эстер.
– Я тоже, – добавляет Роуз.
– Я тоже, – признаюсь я. – Но жизнь полна сюрпризов.
Я поглядываю на Роуз. Она все еще очаровательно хмурится. Я возбуждаюсь, но это не повод тащить ее в спальню. Отодвинувшись вместе со стулом, я призывно хлопаю по коленям. Продолжая хмуриться, она медленно встает со стула и неторопливо идет ко мне. Роуз садится на колени, и я целую ее, чтобы она перестала хмуриться.
– Хватит так смотреть на меня, – прошу я, обнимая ее за талию. Роуз закидывает руку мне за шею.
– Ты по-настоящему осчастливил женщину, – шепчет она.
– Всегда к твоим услугам.
– Я не про себя. – Роуз смотрит на Эстер, которая все еще возится с посудомойкой. – Теперь у нее горят глаза.
Это правда. Эстер напевает себе под нос, и в ее движениях появилась необычайная легкость. Кажется, теперь она выглядит намного моложе своих сорока семи лет.
– А что насчет тебя? – спрашиваю я, подталкивая Роуз локтем. – Тебя я делаю счастливой?
Она вопросительно смотрит на меня и неуверенно улыбается.
– Глупый вопрос. Я же уже согласилась выйти за тебя замуж.
Я пожимаю плечами.
– Возможно, ты боялась ранить меня отказом.
– Нет, я боялась согласиться еще до того, как услышу твое предложение.
Я понимающе киваю. Да, мы оба резко вышли из зоны комфорта.
– Просто боялся произнести это вслух. – Взяв ее руку, я целую ее палец с бриллиантом. – Я никогда и ничего не боялся в жизни, Роуз. Кроме тебя.
– Тебе не нужно меня бояться. – Ее рука расслабленно скользит по моим волосам. – Я просто девушка, полюбившая плохиша.
– А я просто мужчина, который полюбил проказницу. – Я притягиваю ее голову и целую в губы. – Роуз, всегда будь сильной. Ради меня. – Несмотря на поцелуй, я чувствую, что она снова хмурится. Поэтому я продолжаю целоваться, не давая Роуз возможность пошутить или высказать свои возражения. Возможно, только ее стойкость поможет нам пережить этот кошмар.
– Я оставлю вас наедине. – Голос Эстер прерывает нас, и мы смущенно отстраняемся. Она добавляет: – Спасибо за ужин.
– Спасибо, что помогла прибрать этот беспорядок.
Мои слова – самое простое проявление признательности, но я уверен, что для нее они многое значат.
– Доброй ночи. – Склонив голову, она бесшумно выскальзывает за дверь.
Мы остаемся вдвоем.
Мы и возбуждение.
Я закидываю ноги Роуз себе за спину, и она кладет голову мне на плечо. Повсюду звучит музыка, под которую я несу ее в спальню. Плейлист продолжается, включается следующий трек. Усадив Роуз на край кровати, я толкаю ее в грудь, чтобы она повалилась на спину. Я чувствую небывалую легкость. Музыка усиливает мое желание, возбуждающие ритмы наполняют мое тело. Я стягиваю с нее серые штаны и кидаю их на пол. Затем настает черед кружевных трусиков. На Роуз остается только свитер. Я не трогаю его, просто задираю вверх, обнажая грудь без лифчика. Ее порезы уже заживают. Как только они исчезнут, их больше никогда не будет.
Я нежно массирую ее грудь, в ответ она томно выдыхает и начинает хрипло постанывать. Мое тело распирает от обжигающего возбуждения, в руках покалывает от прикосновений, а мой взгляд скользит по ее лицу. Если в мире есть два человека, которым суждено быть вместе, то это определенно мы. Без сомнений. Жизнь до этого момента кажется болезненной пробежкой через множество страданий. Борьба за выживание в мире, который в любой момент мог сломать меня, если бы я не подстроился под правила. Ирония заключается в том, что теперь я хочу уйти из него, но каждую секунду оглядываюсь назад. Как выглядит жизнь без крови, страданий и смерти? Любить Роуз – еще страшнее. Или позволять ей любить меня? Тем не менее, уже поздно что-то менять.